Понедельник 23 Января 2017г.

Стенограмма встречи с Губернаторовым

 

Вступительное слово

Александр Егорьевич Губернаторов: Прежде всего, первая задача, которая стоит  перед нами –  это сохранение уникальных природных комплексов Самарской Луки, с её историческим природным и культурным наследием. С её памятниками природы. Это самая главная задача по мнению национального парка ( далее НП ). Вторая задача, которая возлагается на НП – это экологическое просвещение и работа с местным населением по передаче знаний о природном наследии НП СЛ. И уже третья задача, которая ставится перед НП – это организация регулирования туризма на данной территории. Именно регулирование… Регулирование туризма – это значит, что территорию НП дОлжно посещать по соответствующим нормативам, тропам, рекреационным нагрузкам, которые есть в проекте НП. Сам НП – это федеральное госучреждение, не частная лавочка, соответственно – это структура, которая подчиняется Москве, т.е. здесь есть дирекция НП, но все указания мы получаем из Москвы. Финансируется НП за счёт федерального бюджета. Есть доходы, которые НП получает непосредственно от своей деятельности – в частности, за рекреационные услуги, предоставление дров местному населению, научно-исследовательские услуги, услуги, связанные с проектной деятельностью.

Но это все – достаточно небольшие средства. Общий объем финансирования НП “Самарская Лука” из федерального бюджета составляет чуть более 30 млн. рублей. Штат НП состоит всего из 200 человек. До недавнего времени был 241 человек, но в прошлом году произошло резкое сокращение финансирования НП, и вследствие того, что необходимо было увеличить з/п сотрудникам НП, нам пришлось сократить 41 человека. Т.е. на весь НП на 134 тыс. га, которые сегодня включены в границы НП, нас работает 200 человек.  В парке созданы различные отделы: самый многочисленный отдел – это отдел государственной инспекции НП, следующий наиболее важный отдел ( А.Е. добавляет что, «в общем, то все отделы важные» ) – это научный отдел. Отдел рекреации и туризма, отдел экологического просвещения. Дальше уже идут бухгалтерия, производственный отдел и т.д. Средняя з/п по НП сегодня составляет чуть более 7 т.р., у руководящего состава з/п чуть больше – 13 т.р.

Что еще сказать в этом отношении… Как действует государственная инспекция? На службу госинспекции возложена задача по контролю за деятельностью всех входящих субъектов, всех туристов, всех посетителей НП и естественно, соблюдение режима НП. Дело в том, что на территории НП  действует разный режим использования каждого участка. Он прописан у нас в Положении. Мы как госструктура работаем по официально утвержденному положению о  НП “Самарская Лука”. У нас есть такое Положение, которым соответственно регламентируется вся деятельность. Если мы что-то не будем делать согласно этому Положению, соответственно мы не соблюдаем те правила, которые утверждены государством. Если мы не будем придерживаться тех нормативов, которые утверждены в этом Положении, то значит мы нарушаем Закон. В соответствии с этим мы и работаем. Если НП не делает этого, значит, мы занимаемся не тем, чем нужно.

Госинспектора имеют право задержать любого, находящегося на территории НП, вплоть до применения принудительного (силового в том числе) задержания и средств защиты. Имеется в виду, что может применяться и оружие, и резиновые дубинки, наручники и т.д. Мы ведем политику, что такие методы применимы к грубым нарушениям (браконьерству) – когда идет охота, уничтожаются животные, люди вооружены соответствующим образом. Госинспектора наделены соответствующими правами, имеют служебные удостоверения, знаки гос.инспектора, имею оружие, которые могут применять соответствующим образом. Все эти правила прописаны в Пожени и в соответствующих других законах.

Как происходит расход средств НП: Из 30 млн. рублей, которые мы сегодня получаем из федерального бюджета, 21  млн. уходит на оплату труда работникам НП и соответствующие налоги. Дальше идет все остальное: ГСМ, оплата коммунальных услуг и т.д. Т.е. в конечном итоге, на развитие НП “Самарская Лука”, на его благоустройство остается чуть более 300 000 рублей, на всю территорию 134 тыс. га. Когда нам часто задают вопросы «Ну что вы там ничего не благоустраиваете?» Я говорю: «Хорошо, средства-то где взять?» Если говорить о получении денег из областного бюджета, то за последние три года чистых денег из областного бюджета НП не получил ни копейки. Другой вопрос, что Правительство Самарской области оказывает существенную помощь. В прошлом году года тушили пожары, были выделены средства на то, чтобы прилетели самолеты и стали тушить, выделены были средства для того, чтобы МЧС помогало парку тушить пожары. Все это было! Тут действительно были затрачены колоссальные средства. Другой вопрос, что сегодня законодательство не позволяет региональному бюджету финансировать федеральную структуру.  Когда будут внесены эти изменения – неизвестно! Вот такая ситуация.

Теперь о тех средствах, которые мы сегодня собираем от туристов. Мне постоянно рассказывают… «Каждый год НП посещает более 1 млн. человек. Умножаем на 50 рублей, получаем 75 млн рублей. Где ж НП? Почему ничего не строит??? Куда ж он все деньги девает. Наверное директор себе в карман кладет. Все 75 млн.» В данном случае, с туристических маршрутов, которые сейчас действуют на территории НП, НП получил в прошлом году всего около 600 000 рублей. 13 тыс. человек  посетило официально действующие туристические маршруты. В законе прописано, что все туристы должны ходить по обустроенным туристическим маршрутам, по тем маршрутам, которые прописаны в нашем Положении. К сожалению, этого не происходит. Сегодня туристы ходят как хотят в большинстве случаев (я не говорю про ВелоСамару, это конкретный отдельный случай) и где хотят, что вызывает ряд противоречий и серьезных столкновений с госинспекцией НП. Эти противоречия выявляют конфликты, появляются различные мероприятия против НП, соответственно в интернете возникает очень много таких вопросов. И мы понимаем, что это задача которая сегодня стоит перед НП – это то, что мы должны сделать регулируемый туризм, не стихийный, который существует, а именно регулируемый.

Я в общем-то являюсь директором всего три года, но и до этого я работал в НП, именно в отделе рекреации и туризма, и прекрасно понимаю все проблемы, которые существуют в регулировке организованного и самодеятельного туризма у нормальных людей которые хотят посетить НП. Тем не менее я тоже понимаю и природу Самарской Луки, она не может страдать и ждать, пока у нашего государства появятся деньги, средства для того, чтобы начать достойно обустраивать  рекреационные объекты. Тот же самый Молодецкий курган – самый яркий пример, который может быть приведен. В 2007 году было вытоптано около 90% всех уникальных степных склонов. Почти 70 % всех экосистем было разрушено.Мы вывезли оттуда 200 Камазов мусора от туристов, которые его посещали. Что делать природе?!?!? Нет никаких вариантов! Мы попробовали закрыть доступ к Девьей горе на машинах. По степным склонам Молодецкого кургана ездили велосипедисты, устраивали там гонки, т.е. разрушали такую уникальную систему, которая складывалась миллионами лет. Да, там слой небольшой, но проедет велосипед, пройдет человек и этот слой просто напросто уничтожается. Начинается эрозия, всё начинает активно разрушаться. Конечно, мы предприняли соответствующие меры: пробовали закрыть доступ машинам, поставили заграждения, завезли бут – не сработало! На лесных тропах появились новые маршруты, мусор как был, так и остается; поставили там малые рекреационные формы, сделали около 20 очагов. Ничего не помогло - люди разбили все эти малые … рекреационные формы , сломали все постройки, которые там были, всё сожгли. Не понимаю! Не понимаю, что делать! Остается выход – везде поставить посты. Но мы не можем этого сделать. И мы закрыли Молодецкий курган, сделали экологическую тропу наподобие НП на Западе. И это наконец сработало. Мы стали вести себя цивилизованно. Сейчас там мусора нет, люди ходят по тропам, получают удовольствие. Есть оборудованные места для отдыха, есть места для установки палаток, есть питьевая вода, есть туалеты, есть места для сбора мусора и т.д. НП вывозит оттуда мусор.

Нам говорят: “вывозите мусор с территории НП, у вас все загажено вокруг”. А мы кто? Мы – ЖКХ??? Мы – люди, которые должны ходить за туристами и убирать этот мусор? Мы не можем этого сделать.

Кто, по-вашему, должен убирать этот мусор?  

А.Е.Г.: Конечно – сами туристы. Безусловно. У нас позиция однозначная. Турист, который приходит сегодня на территорию НП, должен весь свой мусор убрать за собой и увезти с собой. Мы не можем поставить везде контейнеры. Потому что ситуация такая, что сегодня вывезти например мусор из Каменной Чаши или с горы Верблюд – это не то же самое, что вывезти мусор из села Ширяево. Это две разные вещи! Туда нужно дополнительное количество людей, туда нужно дополнительную спецтехнику. У нас есть смотритель, который может пройти по этой территории, у него есть график, и он может собрать какой-то мелкий мусор, который туристы набросали несознательно . Но это не значит, что мы должны за всеми убирать этот мусор. Это неправильно. Эта технология присутствует во всех НП Запада. На входе у туристов проверяется наличие потенциального мусора, все фиксируется. На выходе из НП опять происходит проверка твоего уже мусора, и если у тебя будет недоставать хотя бы бумажки – налагается штраф порядка 700 долларов.

Конечно, к этому мы будем еще очень долго стремиться. Безусловно, у нас очень много проблем, связанных с финансированием НП. Поэтому у нас нет обустроенных туристических троп, маршрутов, которые мы все так хотим. Единственный выход из сложившейся ситуации – это просто закрыть доступ людей в НП. Выход это? Я думаю, что нет. Что же касается прошлого года, конечно же ситуация была очень сложная. Вот мы сказали, что заработали 600 000 рублей за счет рекреационных ресурсов – и в течение 2 недель они были истрачены на противопожарные меры. Это тяжело. И мы благодарны, что находились люди, в том числе и со стороны велосипедистов, кто активно помогал нам в борьбе с этим стихийным бедствием. Порядка 30 пожаров ежедневно приходилось тушить сотрудникам НП. В большинстве случаев, на мой взгляд, это были специальные поджоги. Выгорел Молодецкий курган, а после проведения слёта Захарова добавился дополнительный поджог – и все… Молодецкий курган сегодня выглядит абсолютно не так, как  он выглядел в прошлые годы. Т.е. красота его, к сожалению, была потеряна. Выжжены полностью уникальные степные участки. Поэтому мы очень жёстко относимся к тому, чтобы люди не нарушали режим НП и не посещали те районы НП, которые сегодня не вписаны в туристические маршруты. Вот в этом направлении мы сегодня и работаем. Мы сегодня готовы рассматривать любые предложении, которые будут способствовать развитию экологического туризма. Мы против строительства на территории Самарской Луки гигантских гостиниц. Мы считаем, что здесь должен развиваться самодеятельный экологический туризм, а не тот туризм, о котором сейчас говорят СМИ. Если взять к примеру нацпарки Швеции – люди приезжают туда не для того, чтобы посидеть в гостинице/поплавать в бассейне, они приходят туда любоваться природой. Не будет этой дикой природы – не будет смысла развивать экотуризм. Поэтому для велосипедистов у нас особый подход, мы с самого начала настроены на совместную работу с ВелоСамарой. Да, есть сложные вопросы, но мы будем их решать. Многие велосипедисты не хотят признавать заповедные участки и игнорируют требования законодательства. Мы над этим работаем, и я надеюсь, этих конфликтов будет все меньше и меньше.

Может ли НП “Самарская Лука” разрешить доступ на Стрельную гору?

А.Е.Г.: Нет, не может. Стрельная гора – это совершенно другая организация, это заповедник, в котором вообще туристам находиться запрещено. Заповедник занимается чисто научным исследованием, они следят за природными процессами. На Стрельной есть два разрешенных маршрута, пешеходных, они разработаны. Но на эту тему нужно беседовать с дирекцией заповедника. Я не думаю, что они будут противиться. Мы со своей стороны еще раз говорим, что НП, в отличии от заповедника создан для того чтобы создавать условия для регулируемого туризма. В том числе познавательного и экологического туризма. НП и заповедник это две независимые организации в одном департаменте. Два директора. Занимаются каждый своим делом. Перевод в автоном не планируется. Мы как и были останемся бюджетными организациями.

Какие действия Вы планируете по совершенствованию туристической инфраструктуры НП в ближайшее время?

А.Е.Г.: Во первых мы сейчас совместно с ВелоСамарой хотим разработать наиболее интересные маршруты и начать их благоустраивать. Сейчас имеется такой опыт. Мы разработали и утвердили уже 3 маршрута на территории НП. На данный момент это официально действующие маршруты. Здесь нам потребуется помощь, т.к. велотуризм мы еще не очень хорошо понимаем, в том смысле, что мы не знаем как его лучше благоустраивать. Где, что и в каком месте поставить, я думаю, вы подскажете. Сейчас у нас действует 2 экомаршрута – в районе села Подгоры и на территории Молодецкого кургана. По проекту таких экотроп должно быть около 50. Задержка реализации проекта связана с отсутствием финансирования. Мы сейчас обустроили район пещеры Степана Разина, в ближайших планах обустройство района Вислого камня,  начинаем активно заниматься Каменной Чашей. Мы вместе с Жигулевским заповедником с 1.06.2011 перекрыли туда доступ. Для паломников предложен маршрут через Солнечную Поляну. Проблем нет. Территория где находится Каменная Чаша – это заповедная зона, особо охраняемая, и доступ туда должен особым способом регулироваться. То, что сейчас происходит там – это не туризм, это эксплуатация природного объекта в коммерческих интересах. Некоторые туристические компании этим как раз и грешат. То, что там творится - это безобразие. Происходит подмена понятия “туризм”. Потом НП начинает за этими «туристами» убирать мусор, вместе с волонтерами.

На территории горы Верблюд находится единственный в Самарской области спортивный скалодром с естественным рельефом. И как бы со своей стороны, мы предлагаем помощь в обеспечении экологического контроля данного района и создании рекреационных услуг. Я там, можно сказать, живу, моя дочь выросла там же, нам по силам организовать чистоту данного району и для нас неприемлемо, когда какие то дяди приходят, которые ничего не делают и говорят «Отдай 50 рублей!»

А.Е.Г.: Что касается этого маршрута, гора Верблюд по зонированию попадает в особо охраняемую зону. Зонирование НП – это сегодня основной режим по использованию этой территории. Так вот, что же касается альпинистов, скалолазов, НП на протяжении последних трёх лет  постоянно уговаривает вашу организацию этим заняться. Произошел конфликт даже. Почему ваши руководители не ставят в известность НП  о проведении среди вас общественных мероприятий? Проводите мероприятие и при этом не устанавливаете даже туалеты, не вывозите мусор. Почему превратили штольни (колонии летучих мышей) в отхожее место? Почему в одной из штолен все завалено мусором? Это всё делают альпинисты. Поэтому мы предлагаем вам выйти на обсуждение, заключить соглашение. На эту тему мы уже даже с министром общались. Вы вроде как  и не против, но никаких шагов не делаете в этом направлении.

Еще один вопрос по посещению Верблюда. Каждые выходные наблюдаем картину, что большие «ОМики» привозят туда туристов, просто городских, на несколько часов. Хотелось бы узнать как это все регламентируется, ставят ли они в известность руководство НП, покупаются какие то путевки, которые с нас требуются? Каким образом они туда вообще попадают – и именно они там все и засоряют!!!  

А.Е.Г.: Это вопрос очень сложный. То что они делают –это незаконно! Эти мероприятия ни с кем не согласованы. Если у вас есть подтверждения этих фактов – пожалуйста нам сообщайте, мы будем заниматься этим вопросом.

Просто наблюдается картина, когда к нам приходят инспектора на Верблюд к спортсменам, просят купить путевку. «Туристы» в это же время находятся там же и этой организованной толпой инспектора просто игнорируются.

А.Е.Г.: Я думаю, что вам нужно записать мой телефон и о таких фактах непосредственно сообщать мне, и если такое будет происходить – мы будем наказывать гос.инспекторов. Я думаю, что подход должен быть единый ко всем. В данном случае посещение Верблюда организованными группами туристов с проплывающих мимо теплоходов происходит незаконно!!! Вы обязательно фотографируйте  в следующий раз, передавайте мне – и я уже буду обращаться в соответствующие органы. Я могу сразу же реагировать по этому поводу.

Александр Егорович, вот такой достаточно острый вопрос: человек едет на велосипеде из Рождествено в Винновку. В Винновке у него живут родственники. На «ОМике», на «Москве» добраться нельзя, приходится ехать на велосипеде. При выезде из Шелехмети к нему подходят и говорят: «Нужно заплатить».  На каком основании человек должен платить, перемещаясь по дорогам, которые связывают два села, т.е. это дорога по-видимому, общего назначения? Как Вы считаете?

А.Е.Г.: Дело в том, что... Вы посмотрите специальное постановление правительства Самарской области по дорогам общего назначения. Дороги общего назначения – это в основном асфальтированные дороги. Они все прописаны. Дороги, про которые вы говорите, между Шелехметью и Винновкой – там дорог общего назначения нет. Более того, этот маршрут проходит по особо охраняемой заповедной зоне и там нельзя останавливаться. Там просто должен быть именно туристический маршрут. Всё! (шум в зале) Никаких других вариантов посещения не предусматривается. На дорогах общего пользования -  никаких денег, никто вас там не задержит, пожалуйста. Никто не имеет права.

А деньги-то вообще за что берут? Вот конкретно эти 50 рублей. Какие мне услуги за эти 50 рублей дают? Я отдаю 50 рублей. С меня все время на любом посту требуют 50 рублей. За что?

А.Е.Г.: Хорошо. Я вам еще раз могу сказать. Вот у нас есть туристический маршрут, который обустроен, который организован и который является маршрутом. Вот только по нему вы должны ездить.

А что на нем обустроено? Что я там получаю? У меня  вот мнение, что мне продали билет в кинотеатр, в одну комнату я зашел, она абсолютно чёрная, в другую вышел. Всё. Что там сделали? Я, честно говоря, ни одного какого-то устройства для туристов не видел.  

А.Е.Г.: Почему не видели. Ну давайте так. СтоИт информационный аншлаг? СтоИт. Есть указатель о том, что это территория НП? Есть. Это информационное обеспечение. Правильно? Это один вопрос. Второй вопрос. Контроль за этой деятельностью тоже осуществляется. У нас есть маршрут. Вы прихОдите. Там беседка стоит, туалет есть. У Верблюда стоит. На Верблюде стояли малые архитектурные формы. Кто их разбил? (шум в зале) Около Верблюда. Я могу показать фотографии, где у нас все это обустроено. Не проблема. Другой вопрос, что туристы, которые посещали эту территорию, все это разбили. У нас, у НП, на сегодня нет ресурсов, чтобы восстанавливать эти места для отдыха. У нас достаточно много ресурсов, которые мы направляем на другие территории.

А я-то деньги вам отдаю сейчас!  

А.Е.Г.: Еще раз говорю. В отношении Верблюда, там однозначно: дорогу мы делаем,  договариваемся с соответствующими организациями, которые эту дорогу прочищают. Ставить там малые архитектурные формы? Да, это в планах есть. В прошлом году мы это запланировали, но пожарная ситуация сложилась так, что мы не смогли это сделать в том объеме, в котором необходимо. Аншлаги там стоят? Стоят. Регулируемое посещение мы осуществляем? Осуществляем. Таким образом, это вот и есть услуги, которые НП сегодня предоставляет. И не только в этом месте. У нас есть и территория Молодецкого кургана, и территория Подгор. Оборудовано? Вы заходите туда?  Ну значит, другие туристы заходят. Я не могу сказать конкретно: “Вот ты взял 50 рублей – и положи туда, в это место”. Такого не происходит. Потому что все деньги поступают в общий фонд. И, соответственно, мы вкладываем эти ресурсы в наиболее важные на сегодня направления. Мы сегодня обладаем теми ресурсами, которыми обладаем. Мы не можем, например, сегодня везде поставить красивые резные беседки. Это сегодня нереально. У нас ресурсов на это нет. А остальное, что мы можем, это мы делаем. Вот, например, есть такое понятие, как безопасность туристов. Государственный инспектор, если потребуется, обязан оказать помощь туристу на маршруте. Обязан. Это во всех наших инструкциях написано. Это все нормально. Вот велосипедист в районе Чурокайки упал, сломал руку. Наши госинспектора приехали (у него была путевка), вывезли. Вот на сегодня ситуация такая. Другой вопрос – по поводу мусора. Мы действительно несколько раз проводим очистку от мусора на территории Верблюда. Другой вопрос, что этот мусор появляется там настолько часто, настолько много, что мы просто не в состоянии все это сделать. Просто не в состоянии постоянно вывозить этот мусор. Ресурсов не хватает. Понимаете?

Так можем мы сами вывозить!  

А.Е.Г.: Так Бога ради! Этот вопрос решаемый. Но с этим-то никто пока не обращался. Никто никаких движений в сторону НП не делал.

Заказывали машину 150 руб. с человека, 2 т.р. всего.  

А.Е.Г.: Хорошо. А куда вы вывозили? Сегодня на территории НП свалок нет. Официально действующего полигона нет. Весь мусор надо вывозить в Тольятти на полигон.

А реально куда вывозят?  

А.Е.Г.: Мы вывозим на полигон

А из Рождествено куда вывозят?  

А.Е.Г.: Они никуда не вывозят. Поэтому, как только поступают сигналы, на сегодня например, на главу Администрации Рождествено составлен соответствующий протокол, выдано предписание в течение месяца ликвидировать все эти свалки. Он написал нам бумагу, что как только будет трактор, все это будет ликвидировано. Как они будут это делать, это проблема главы Администрации.

Скажите, что на Крестовой поляне творится?

А.Е.Г.: На Крестовой поляне творится безобразие, могу сразу сказать. Вот совсем недавно мы выехали туда, составили протокол, изъяли сеть, лодку и т.д. Товарищ, который живет там – это главный нарушитель НП. Мы никак не можем с ним разобраться. Мы начинаем применять силу, он вызывает ОМОН и т.д. Суть не в этом. Этим должны очень активно заниматься УВД. Два года назад на территории НП этим товарищем было вырублено 300 деревьев. Трижды закрывали уголовное дело по этому поводу, меня несколько раз опрашивали. На очной ставке я сказал, что вот этот товарищ приходил, давал мне взятку, чтобы мы дело закрыли – и тем не менее ничего не двигается. Все документы предоставили, сфотографировали, поймали этих браконьеров. Ущерб нанесен в 4 млн. Но дальше дело не двигается. Нужна поддержка общественности. Вот такая ситуация сегодня. Приглашаем туда РОВД, чтобы помогали нам выгонять их оттуда – не принимают это решение, очень медленно все это двигается. Порой просто-напросто игнорируется. Вот что делают.

Насколько законны шлагбаумы, будки, охрана?  

А.Е.Г.: Они незаконны. Они незаконно находятся на этой территории. Незаконно! Нет там никакой охраны. Госинспектора выезжали туда 3-4 дня назад. Там были 2-3 бомжа, больше никого нет. Мы пригласили нашу милицию. Они посмотрели, составили протокол за нарушение режима НП. Дальше мы начинаем активизировать. Мы будем требовать, чтобы эта территория была освобождена. Дело в том, что этот господин в свое время выкупил вот эти дома. Всё! Но когда он хотел оформить земельный участок – в Верховном Суде ему было отказано. Это земли НП, в заповедной зоне. Это процесс очень длительный. Мы пытаемся его гонять, он говорит: “Я никуда не уйду, вы не имеете права”. Что делать? Мы активизировали эту работу по Крестовой поляне. Могу всем  сказать: люди, которые там находятся – незаконны. Все их действия незаконны. Можете соответствующим образом действовать.

Т.е. можно их гонять, шлагбаумы ломать?  

А.Е.Г.: Полностью. Вплоть до того, что у нас мобильная группа действует, вызывайте, сообщайте, что вас не пропускают, мы будем соответствующим образом реагировать.

Александр Егорович,  мы с Вами разговаривали буквально на той неделе, когда пригласили вас сюда. Я был на Крестовой поляне в последние выходные. Поскольку Вы сами прокомментировали, что они незаконно там находятся, незаконно закрывают эту территорию, мы с группой велосипедистов подъехали, попросили открыть ворота. Нас спросили: “Зачем?” Мы ответили: “Потому, что это территория НП, мы имеем право здесь проехать”. На что они сказали: “Нет, это наша территория, мы взяли ее в долгосрочную аренду”. И якобы они имеют полную законную силу там находиться.

А.Е.Г.: Не имеют. Официально заявляю – не имеют.

Александр Егорович, вот Вы все эти проблемы обозначили, они конечно весомы, значимы и интересны. Но вот на фоне того, что творится там, в НП, все эти наши беды с велосипедами… Люди приезжают на Гаврилову Поляну и им нельзя дойти с Гавриловой Поляны до Подгор, потому как бабушке надо платить. Мы не можем ничего сделать с церковниками. А что делать с многочисленными поселениями? Кто с них деньги доит? Ведь турбаза железнодорожная около Шелехмети, потом возле Рождествено уже целый городок возник и т.д. и т.д. То «СОК» дома понастроил, самого «СОКа» давно уже нет, опять там дом какой-то возник. И поэтому, то, что люди единичные ходят, это смешно по сравнению с тем, что творится. А карьеры, которые… Вы когда-нибудь будете, самые красивые виды, расскажу сейчас всем, где на Волге, это залезть на карьер Богатырь и посмотреть не на Волгу, а посмотреть в сторону Каменной Чаши. Но что там творится... Все эти отвалы, которые «Богатырь» делает, правда это не ваша территория – они все туда, в Кальянов овраг. Вот поэтому наши беды, они все просто смешны по сравнению с тем, что там творится. И Вы говорите, что никаких мер к ним, к этим поселениям… Я подходил к лесникам, и в Рождествено, и в Подгорах и говорил: “Ну как, ведь они строят на островах в Зеленой Роще” – “Мы с ними судимся.”  Вот вы им разрешили ферму в Подгорах, они там все загадили, все вытоптали. Они с автоматами стоят, даже не пускают там иск какой-то подать. Мы нули по сравнению с тем, что у вас там творится. Вот Вы говорили о мусорке в Рождественно, рядом могилы, реликтовый бор, остатки, и все это мусорится годами. Я сам вырос в Приокском террасном заповеднике. Там никогда бы не посмели народ задерживать на машине, по грунтовке, там туров… полно. Там только одно – останавливаться нельзя. Остановился или прошел – это уже мои проблемы, можно уже что-то со мной делать. Но проезжать никто не запрещает. И если я путевку возьму – я у любого суда выиграю. Потому что законы нашего государства, они совершенно другие и говорят о том, что я человек и имею свои права. Поэтому это очень просто. Волонтерские группы, их очень много и они готовы помогать. Готовы прийти к леснику и сказать, мы готовы туда пройти, прочистить, проконтролировать  Это друзья все собрались. Велосипедные туры – это друзья. Все группы, которые ходят, это тоже друзья. Мы же не против вас. Мы даже готовы эти деньги платить. Понимаете? Чтобы Жигули спасти вместе с вами. А не смотреть на эти мусорки. Вот взять эти Подгоры, наиболее посещаемые. Вот идут в церковь. С кого-то берут деньги, с кого-то нет. А вот по краю, где вдоль Соснового оврага, он весь замусорен, ну весь. Я уже даже леснику предлагал. Ну,  давайте мы там все эти корпуса телевизоров вытащим, приду я с группой человек 20, все это на дорогу вытащим, машину организуем или вашу или где-то наймем. Ну, проблем очень таких много. Вот особенно прокомментируйте с этими турбазами, которых развелось неимоверное количество. Вот с кого деньги нужно брать.  

А.Е.Г.: Спасибо за то, что вы беспокоитесь. Конечно, это очень важно, что люди реагируют на те проблемы, которые существуют в НП. Понятно, что эти проблемы появились не в один день, не вчера и не сегодня. Это очень длительный процесс. Очень длительно появлялись все эти свалки. Я могу сказать лишь о том, что например в отношении волонтерских акций. Мы всегда это поддерживаем, всегда будем участвовать и всегда готовы помогать тем, кто готов помогать НП, и в том числе волонтерские акции проводим. Любые, абсолютно любые. У нас очень много этих акций проходит. Другой вопрос – вы сами должны понимать, что вывести мусор у НП возможность не всегда есть. Это достаточно трудоемкий процесс. Если мы этот мусор привезем опять на эту же свалку в Рождествено, закопаем, это не совсем тот способ, которого хотелось. Отношение у нас к мусору однозначно такое, что мы сегодня всех туристов, которые посещают территорию НП, весь мусор должны забирать с собой. Теперь другой вопрос, посмотрите на эту карту. Вот это территория НП. У нас на территории, которой непосредственно владеет НП, это то, что покрыто зеленым. Все остальные территории - это земли других землепользователей. Они включены в границы НП. У них есть свои хозяева, у них есть люди, которые за это отвечают. У них свои определенные нормативы работы на этой земле. Земли линейных объектов, трубопроводы - это земли, которые сегодня находятся на территории НП, и у них свой особый статус. Применить к ним нормативы, которые действуют только вот в этой зоне – мы не можем. Другой вопрос по отношению к мусору. Да, мы сегодня активно этим занимаемся. Не скажу, что мы все это делаем и что все хорошо у нас получается. Мы составляем каждый год протокол на глав администраций, мы составляем каждый год предписание, кто сливает там со спиртзавода, всякие там свалки новые организуются, дачники, которые вываливают все в этот лес и т. д. Мы сегодня не в состоянии, скажем так, вовремя реагировать. Да, мы находим, начинаем действовать, но эти свалки появляются. Что у нас глава администрации говорит: "А что я могу сделать? Куда я буду сваливать этот мусор? Куда я его повезу?" Сегодня в законе четко написано, в законе о НП, что такие свалки возможны на территории НП. Возможны в случае, если они оборудованы и имеют экологическую экспертизу. К сожалению, эти свалки не имеют, мы с них требуем и наказываем. Но сами же понимаете, как только мы эту свалку на этих землях закрываем, эти свалки появляются в лесах. Вот еще тоже дилемма.

А в суд конкретно вы подавали на главу администрации, на тех руководителей турбаз? Были ли какие-то судебные заседания?  

А.Е.Г.: Сейчас по поводу турбаз. По главе администрации, я еще раз говорю, мы составляли протоколы, выдаем предписание, штрафуем. Судебных дел не было никаких. Конечно, потому что есть предписание, они все это убирают, ликвидируют эту свалку, на следующий год она появляется заново. В течении этого года они это ликвидируют. То что касается баз отдыха. До недавнего времени, до 2007 года НП по законодательству имел право предоставлять участки в аренду. На территории НП до создания НП было порядка 72 баз отдыха. Одновременной вместимостью более 15 000 человек в день. Очень много, конечно, было этих баз. Сейчас, конечно, они все стали частными, тем не менее до недавнего времени НП предоставлял эти территории в аренду, эти средства поступали в бюджет НП. В 2007 году все договора, которые были заключены с НП, были признали нелегитимными. Теперь этим занимается Росимущество, оно оформляет все эти договора, все эти средства поступают в бюджет РФ. В НП эти средства не поступают. Как говорите “выгнать их с турбазы” НП не имеет права, потому что эти договора аренды будут оформляться и так далее. Это рекреационные ресурсы – это разрешено. Есть, конечно, проблемы. Например база, в районе горы Верблюд, "Полет", она попала в заповедную зону. У ней проблемы большие, конечно, в этом отношении. Сейчас очень сложно решается, процесс в том, чтобы как-то помочь. Потому что действительно, турбаза появилась до создания НП. Как она попала в это зонирование – это уже вопрос к проектировщикам. Есть турбаза Новокуйбышевского перерабатывающего завода. Конечно, там сложная, красивая турбаза, очень здорово, база хорошая на самом деле. Но она опять же в такой же зоне находится, что же ее теперь – ликвидировать? Мы не сможем ликвидировать, просто нереально. У нас более 20 000 дачных массивов, которые сегодня наносят колоссальный ущерб НП, заняли многие самые интересные места, но эти дачные массивы появились до 1985 года. Как только объявили о создании НП, активно началось деление земель НП. Мы сегодня получили ту ситуацию, которая сейчас есть. Мы с ней пытаемся справиться, безусловно находим какие-то компромиссы, мы все-таки структура федерального подчинения, мы работаем в соответствии с тем Положением, которое у нас прописано. Будет положение другое – будем работать по-другому. Сегодня эти турбазы на этой территории могут находиться в соответствии с Положением, если они заключили договор аренды. Но эти средства все поступают в федеральный бюджет. В НП эти средства не поступают.

Бабушка идет пешком из одной деревни в другую. Надо платить 50 рублей?

А.Е.Г.: Я не думаю...

Даже на сайте был такой вопрос о том, как можно пройти. Там четко написано, что да, вы должны платить. Есть в разделе вопрос-ответ

А.Е.Г.: Что же касается местных жителей, еще раз говорю. Для местных жителей мы со всеми, кому это необходимо, оформили разрешение на проход по территории НП. В Положении это возможно, там написано, что посещение, проход по территории осуществляется по разрешению, выдаваемому НП. Это не значит, что они должны быть за плату для местных жителей.

Еще вопрос по поводу аренды. А с кем заключается договор аренды этих турбаз.

А.Е.Г.: С Росимуществом.

Ведь у вас в законе написано о том, что вы имеете право сдавать в аренду.  

А.Е.Г.: Это так было написано в законе. Сегодня постановление другое. В 2007 году вышло постановление правительства о том, что все права по сдаче в аренду на территории НП, не только здесь, но и во всех нацпарках, осуществляет Росимущество. Мы лишь, получив этот договор, должны отвести территорию для того, чтобы на ней начали заниматься рекреационной деятельностью.

А что касается турбазы "Полет", там построено три частных дома, относительно недавно. Они к чему относятся?

А.Е.Г.: Они в их границах

Аренда подразумевает собой еще и строительство?

А.Е.Г.: Да, конечно

А если эти дома находятся примерно в 200 метрах от турбазы?  

А.Е.Г.: Территория базы длинная, отведенный участок и могут строить соответственно проекту. Два дома - это граница турбазы. Она была оформлена еще до того, как была оформлена территория НП.

А где можно посмотреть эти договоры аренды, законность вот этого строительства? Который подразумевает различные моменты строительства и не строительства...

А.Е.Г.: Я не знаю, я так думаю, что здесь договор аренды, который приходит нам от Росимущества - мы только отводим земельный участок, дальше соответственно они должны подготовить проект, этот проект арендатором должен быть пройден соответствующую экспертизу. И вот это весь механизм. Пока на сегодняшний момент скажем так договор аренды оформлен только на 1 турбазу, все остальные хоть и существуют на этой территории - они сегодня нелегитимные, т.е. нелегитимные договора аренды, которые были раньше заключены.

Вы с этим моментом никак вообще не боретесь, не смотрите?

А.Е.Г.: У нас функций таких нет. Мы не можем этого делать, Росимущество делает все по закону.

Как можно руководить “Самарской Лукой”, если вы не имеете права?  

А.Е.Г.: Почему, смотря в какой ситуации. Если, например турбаза начинает вываливать мусор, мы приезжаем - составляем протокол. Если турбаза начинает разводить объекты, которые не согласуются с деятельностью НП. Например вместо того чтобы заниматься рекреационной деятельностью - они там открывают карьер, тогда конечно НП вмешается, составит протокол и оштрафует.

Оштрафует, а не может закрыть?

А.Е.Г.: В том числе и закрыть, если в случае грубого нарушения конечно я имею право закрыть эту турбазу и как главный госинспектор я имею право издать постановление и закрыть турбазы за нарушения режима НП, безусловно. Но если они не нарушают режим НП – но здесь я ничего не могу сделать.

До Крестовой поляны они прорубили себе дорогу. Вы знаете это? Они там ездят спокойно. Вы сами себе противоречите. Вы сказали, что некоторые земли, я еду на Лбище, Ермаково они не ваши, как бы там можно ездить, а это же дорога, которая принадлежит газопроводу, эта дорога не контролируется. Это не ваша дорога?  

А.Е.Г.: Да знаю. Почему не наша, это дорога идет по гослесфонду, по государственной территории.

Там сказано, что везде во всех документах, я эти документы читал, что все дороги, которые ведут можно проходить и проезжать.

А.Е.Г.: Нет таких дорог, посмотрите постановление. Нет такого. Это неправда.

Это вопрос, который нет смысл обсуждать, это надо решать в судебном порядке. Я хочу наш разговор повернуть в некое другое русло, в силу своей профессиональной деятельности, я преподаватель кафедры сервиса и туризма Муниципальной Академии. И у нас сейчас уходит в такое русло "а вот я – а вот мы". У Александра Егоровича, не он принимает эти решения о получении этих 50 рублей за путевку, за въезд в НП, не в его компетенции отменить эти 50 рублей. И даже если в его все равно это не очень разумные действия. Проблема же не в том, что мы платим эти 50 рублей. Есть определенный комплекс обид со стороны туристов, но не просто туристов, а организованных - "ВелоСамара" и комплекса обид со стороны НП на всех отдыхающих, где мы, как велотуристы только одна из частей этого стихийного потока, который идет из города Самары на НП. И потом остается там и мусор и горы и все прочее. Проблема ведь в чем состоит. Мы (ВелоСамара) не просто стихийные туристы. Давайте, то что имеем на сегодня мы уже исправить не можем, нам это все не нравится мы этого исправить не можем. Давайте смотреть в будущее. А факты таковы, что количество велотуристов увеличивается. Жителям Самары отдыхать больше негде. НП и если будут коммерческие проекты горнолыжные, допустим в “Чайке”, больше негде. Если мы уйдем из НП, то для НП это будет стратегический проигрыш, потому что велотуристы – это организованные туристы. Это человек, который готов платить и мало того на культурном уровне управляется из ВелоСамары, которые готовы сотрудничать и определенные экологические нормы соблюдать. И большинство велотуристов их соблюдают. У нас были обсуждения про мусор: вывозить, сжигать и т.д. Проблема в чем. Нас, как велотуристов задевает то, что мы платим 50 рублей, но видим, что ситуация экологически ухудшается. Она ухудшается по факту. Я в 1980 году был впервые на Верблюде и не надо сравнивать. Тогда вопрос надо поставить по-другому. Вот есть просто туристы, отдыхающие. Есть самодеятельные туристы. Есть организованные туристы как "ВелоСамара", альпинисты и прочие. И есть коммерческие туристы. Это разные категории, которые могут управляться по-разному. Ясное дело, что за подъем на гору Стрельную на велосипеде и на заезд на автомобиле нужно платить одинаковые деньги, но экологический ущерб различный и это нас, как велотуристов задевает. Вопрос хорошо поставить по-другому. Есть ли у НП план стратегического развития? Все-таки НП - это не заповедник, и он должен развиваться как парковая зона, создавать экологические маршруты, зарабатывать на этом деньги. Как мы можем с вами сотрудничать, потому что вскрывается тот факт, что НП не справляется с теми проблемами, которые есть? И я думаю, нам бы нужно прийти и обсуждать такие вопросы, что велодвижение – это не проблема, это потенциал. Как нам сотрудничать так чтобы нам с каждым годом было все комфортнее отдыхать в НП? И это проблема не только НП а и ВелоСамары. Потому что не могут они решить это, пока самостоятельно без определенного диалога с нами. Как нам сотрудничать и в чем?  

А.Е.Г.: Я полностью согласен, да подумать. Это нормально.

Это раз. И второй: вот конкретный вопрос: может мы можем разработать такие методы сотрудничества. Во-вторых есть на уровне областного правительства есть гранты по 90 тыс. руб. на развитие молодежного туризма. ВелоСамара и НП могут там участвовать – хотя бы для того, чтоб создать маршруты, такие которые существуют в Таганае. К чему я веду?! Первый вопрос о сотрудничестве, а второй: давайте не будем сейчас задавать вопросы плана «А вот почему вы это делаете?» Ну вот они делают. Давайте будем задавать вопросы: «А почему бы нам не сделать то-то, чтобы нам всем было комфортно. Что нужно сделать реально и за счет чего?». Я предлагал бы в такое русло переводить. Потому что Александр Егорович, сегодня он директор. Мы с ним можем разговаривать. Через какое-то время он не директор. Но то мы все равно то будем в НП ездить. И нам хочется ездить. У ВелоСамары есть маршруты. У ВелоСамары есть определенное количество туристов,  которые посещают НП, и это количество увеличивается. Ну давайте как вопрос поставлю: Вы видите такой вариант сотрудничества при котором, скажем, члены ВелоСамары явлются “Зеленым патрулем”, внештатными сотрудниками, которые гарантируют, в оперативном порядке сообщают: там такое ЧП, там отдыхающие. Вот еще один такой момент: эти 50 рублей за въезд. Почему они вызывают возмущение? Потому что 50 рублей – непонятно за что. Хорошо бы ввести такую вещь, как экологический депозит. Потом что этот перечень услуг, который там на этих постах существует – мы ж все прекрасно понимаем, что он не рабочий. Он вообще никак не работает. Вот 50 рублей, вот их берут, и  дальше что там делаешь — никого не волнует. За тобой не проходят. За тобой не смотрят. Хоть на танке заезжай. Хоть стреляй там. Главное, чтоб не узнали что там делал. Ввести экологический депозит, который существует реально И такая практика у нас была. Что такое экологический депозит? Заезжаешь в НП, заполняешь там декларацию сколько у тебя мусора. Оплачивай 50 рублей  дополнительно или включая – как экологический депозит. Выезжаешь: значит отчитываешься и показываешь пакет с мусором. Дело не в том, что кто-то будет или кто-то не будет. А в том, что большинство людей охотно отдают деньги. Я не про ВелоСамару говорю, а про всех, кто оставляет там мусор. Отдают деньги, когда это называется не очень понятным, но грамотным словом “экологический депозит”. 50-100 рублей отдадут без проблем. Захотите – вывозите свой мусор. Вам эти 50 рублей на выезде или на посту могут вернуть. Но что это позволит: это позволит всё количество стихийных туристов, заезжающих с шашлыками, уменьшить. На велосипеде ведь не завезешь шашлыки, угли и много бутылок воды. И всё прочее-прочее. И всё это остается на Верблюде. Конечно, всё это не альпинисты приносят в рюкзаках. Там стоят машины. Мы знаем, что там в выходные. Велосипедисты  все это прекрасно знают. Второе: даже не вопрос, а предложение – ввести этот экологический депозит. Были у нас прецеденты.  

А.Е.Г.: Давайте так сделаем. Вам надо написать рекомендации или разработки, что такое депозит. И дальше будем действовать.

И третий вопрос: получается такая вещь – деньги они собирают, и они уходят в областной бюджет. И всё, прощайте. Но нам они нужны здесь в НП, какие-то инвестиции. Поэтому вопрос третий, который возникает на губернском уровне, к Артякову: «А где инвестиции вообще в НП или в сферу отдыха ?» Вот третий вопрос, чисто стратегический. За что вы однозначно «за» и готовы продвигать. Не на уровне «хорошо», а «давайте это сделаем». “Зеленый патруль” из велосипедистов, который въезжает бесплатно.

Роман Ерёмкин ( ВелоСамара ): Я позволю себе на этот вопрос ответить. Мы уже начали действовать. С Александром Егоровичем мы проработали уже некоторые планы по взаимодействию ВелоСамары и НП в плане улучшения экологический обстановки и созданию как раз этих велосипедных маршрутов и их оборудования. То есть это один, как говорится, из моментов, то что мы проводим уборку территории. На данный момент, это прибрежная территория в районе Козьей тропы и Ширяевский овраг. Это раз. Во-вторых: в качестве сотрудничества еще в прошлом году мы в августе, как уже было упомянуто,  помогали в плане патрулирования. То есть вот я один из тех, кто ездил. И вот, реально, взгляд на момент, когда люди вот внаглую прям поджигали, окурок кидали в сухую траву. То есть благодаря нашему присутствия удавалось вызывать пожарников. Но правда машину отловить не успели. Вот, и еще касаемо совместной работы – это именно обустройство маршрутов. То есть, так как велосипедисты ездят, некоторые с ночевкой. Соответственно, есть у нас Марафонская поляна, которую мы собираемся оборудовать.

Единственный вопрос, наверное,  который возник на форуме: «Что значит останавливается?» Вот, поясните этот момент, что имеется в виду под остановкой.  

А.Е.Г.: В данном случае здесь имеется в виду что, если вы просто проходите по территории. Особенно это касается заповедной зоны и особо охраняемой зоны. То есть, без остановок должен осуществляться проход по этой территории. Если останавливается – остановка, имеется в виду – взяли, посидели, отдохнули 5-10 минут, все. Если это технические неполадки – это нормально. Другой вопрос, что нельзя остановиться на ночь, развести костер, поставить палатку. Стоянка запрещена в этом отношении. Вот, например, когда вы с вещами ходили, когда для молодых велосипедистов вы делали маршрут вот в последнюю субботу и воскресенье. Ситуация сложилась так: вы развели костер, вы установили участок на заповедной зоне, в особо охраняемой зоне. Вот проблема в чём. То есть получилось так, что там сегодня не оборудовано это место, нет туалетов, нет места для сбора мусора, никто не вывозил там, нет места для костровища и так далее. Вот это всё. И соответственно там, почему государственные инспектора стали требовали, то что вы оттуда уходили. Потому что там это не предусмотрено. Если бы этот маршрут там был предусмотрен, если возьметесь за это обустройство — кто будет против того чтоб вы там это делали.

Денис Иванов ( ВелоСамара ): Я официально представляю ВелоСамару. С Александром Егоровичем  мы разговаривали на прошлой неделе. Помимо двух экологических проектов, которые мы обсуждали – это чистка Ширяевского оврага и прибрежной территории – мы еще упоминали момент о возможности взаимодействия по установке разметки различных веломаршрутов. На сегодняшний момент ВелоСамара, вполне возможно, приобретает автомобиль. В этом плане нам будет проще доставлять столбы, их закапывать и устанавливать таблички. Это в общем-то все будем уже вместе согласовывать. Это первое. Потом кто-то говорил, о том что они не оказывают никаких услуг. Это неправда. Мы будем третий год проводить большое мероприятие спортивно-туристическое «Мультигонку». Я был лично свидетелем, что подъезжала машина с каким-то пирожками, т.е. выездной буфет. Это действительно было. На предлагали дрова, нам предлагали воду. Мы заранее оформляли все договора, мы согласовали это мероприятие заранее за пол года. И по взаимодействию ВелоСамары будут действительно большие проекты и я надеюсь оно …

А.Е.Г.: Ну по поводу развития НП. У нас есть проект «Строительство национального парка»: технико-экономические обоснование НП и проект развития НП. К сожалению, там предусмотрены большие бюджетные вливания. К сожалению, таких ресурсов сегодня у государства нет. Поэтому говорить о том чтобы, развивать НП в соответствии с проектом, пока не приходится. Если сегодня правительство РФ выделило средства некоторым (учитываю, отмечаю) заповедникам на развитие экологического туризма. Которые будут получать по 70-80 млн рублей на создание экологических троп и маршрутов. Как во всем мире делается. Как будет развиваться “Самарская Лука” – не могу сказать. Сегодня Жигулевский Государственный Заповедник получает федеральный бюджет и должен получить средства на создание экологической тропы на Стрельную гору. Это пешеходная будет тропа. Нельзя будет проехать на велосипеде. Им дадут средства порядка 5-6 млн. на то, что они начали проектировать и что-то строить. Что касается наших троп. Я еще раз говорю: по всем этим маршрутам мы готовы с вами  сотрудничать по их маркировке, по их обустройству. Но еще раз говорю – все эти маршруты должны быть соответствующие сертифицированы. Они должны быть запроектированы. НП не может так просто делать. Это государственное учреждение. Мы не можем просто: вы решили, проложили  эту тропу и давайте ходить. Если что-то с вами случится –  кто за вас будет отвечать? Сотрудники НП. Никто другой. Зашли в штольни туристы без путевок. Завалило их там. Кто отвечал?! НП долбили по полной программе. Ничего не понимаем с вами в этом отношении. Понятно, что тогда нужны средства. Но этих средств нет  на создание нормально проекта по туристическому маршруту. Они должны быть сертифицированы, согласованы, нормативы должны быть все выдержаны. Вот в чём вопрос. Конечно, мы можем с вами стихийные делать маршруты и давайте это будем делать. Еще раз говорю – они будут не совсем правильные. Нужны проекты, которые сегодня требуют колоссальных средств. Если взять то же самое западные маршруты, которые есть туристические, посмотрите, для чтобы создать один экологический маршрут 2 тыс. долларов нужно. У нас таких средств нет. Мы на Молодецкий курган потратились – за последние 2 года потратили 3 млн рублей  Эти все средства, которые в том числе собирались с ваших участков. Но это потому что там ситуация вышла из под контроля. Нам надо было спасать этот объект от неорганизованного туризма. Сейчас ситуация изменилась ещё в том смысле, что были пожары. Нам надо вкладывать в этот объект. Потому что это лицо НП. Мы понимаем, что мы не всегда и не везде, скажем, можем поставить, как на Молодецком кургане. Пока сегодня не можем.  Но мы стараемся. Мы стараемся. По поводу отношения к сотрудникам НП. К сожалению, ну понятно, есть всякие сотрудники. Если смотреть на то что, как и туристы – все разные. Не у многих сотрудников парка есть высшее образование. Соответственно, мы пытаемся перестроить отношение госинспекторов и всех сотрудников парка к туристам прежде всего. Как раньше было? Каждый сотрудник видит в каждом туристе негодяя и нарушителя. Мы стараемся сделать так, чтобы наоборот: мы должны найти в вас наших друзей и сторонников, и чтобы вместе с вами сделать что-то хорошее. Я еще раз говорю: я готов к сотрудничеству в любом направлении в этом отношении. В том числе: хочет ВелоСамара взять, например,  Верблюд. Есть пусть: берите в аренду. Кто возьмет ?

А можно предложение такое встречное. Было предложение о будущем планировании и стратегическом развитии. Это конечно немного широко, скажем так, и далеко заглянули. А вот на ближайшее будущее: ну у каждого инспектора на участке есть прагматичные вещи – кому-то надо организовать дорогу, кому-то организовать место стоянки, кому-то надо разобрать завалы и так далее. ВелоСамара в принципе отличается тем, что все походы мы проводим организованно. Соответственно есть организатор, есть группа. Не просто так каждый сам по себе. И если от вашей организации и с вашей стороны  будет какой-то перечень проблематичных мест, заказ, либо задание – у нас можно будет сорганизовать, допустим, мероприятие такое-то, выезд в точку «Уборка такого-то», выезд в точку, соответственно под конкретное мероприятие. Я думаю: возможно ли это согласовать?  

А.Е.Г.: Нормально. Конечно возможно. Мы это обсуждали. Вот смотрите, взять Молодецкий курган, там повалены деревья. Мы этот участок оставляем, чтоб люди проходили по этому участку и смотрели, во что превращается природа, если проходит такой пожар. Остальные участки нам надо расчищать от леса, безусловно, от которого попал.

Возможен ли перечень?  

А.Е.Г.: Да, конечно. Можно связаться с начальником рекреации, который у нас занимается волонтёрской деятельностью в том числе. Это без проблем мы все можем сделать. Проблема с тем же самым мусором. Много валят. Мы должна знать, где и кто там валит. Если такие сведения будут к нам поступать непосредственно оперативно – ну конечно будем реагировать. Есть очень много вопросов в конспекте у меня. Например, на Гавриловой Поляне сообщили, была свалка мусора, и госинспектор не сообщал нам об этом. Мы сейчас его наказали. Потому что это его обход, это его территория, за которой он должен следить, должен за этой территорией смотреть. Почему валят? Другой вопрос, это убирать не наше дело. Но мы должны заставить того, кто это сделал, найти нарушителя и наказать его. Но вот это решаемо, это можно. То есть сейчас на Мальцева составили протокол – главу администрации. Выдали предписание. То есть, так же работаем со остальными главами администрации, в Жигулях, в Сосновом Солонце. Они возникают стихийно. И если такая информация будет – мы будим реагировать. Безусловно, это будет на пользу НП.

Можно или нужно ли реагировать на неправильное поведение туристов? Кому звонить, кому обращаться, как обращаться?  

А.Е.Г.: У нас есть в каждом лесничестве телефон. Реагировать надо.

А в путевых листах есть ли информация , на аншлагах?  

А.Е.Г.: В каждом аншлаге есть сотовые телефоны лесничих и начальников. Звоните. Если не принимают меры, тогда то уж, извините, то звоните нам. И мне тогда сообщите. Без проблем. Я приму меры.

Я больше зимой бываю в Самарской Луке. И мне вот интересно: можно ли сделать что-то со снегоходами, которые там как по Бродвею ездят везде. Я понимаю, там очень мощные машины и технически их не догонишь.

А.Е.Г.: Сложный вопрос. Мы несколько раз выезжали с ростехнадзором. Попадаются — ловим, составляем протоколы. Ставим заслоны.

Шлагбаумы хоть бы опустили. Шлагбаумы есть на всех просеках, но они все подняты и не функционируют. Ну извините, все открыто, проходы открыты. По крайней мере информацию о том что нельзя. А то вот за 50 рублей, мы на лыжах кабанов пугаем, а они на снегоходах там. Вот прям лояльно относятся за эти 50 рублей. Пешком ходим. Целое ралли устраивают на этих квадроциклах. По Елгушам ходят на квадроциклах, машин 30.

А.Е.Г.: Скажите, где шлагбаумы не опущены — мы опустим. Вот только увидите — скажите мне. Я дам сотовый телефон. У нас есть разные люди. Я как директор просто порой не знаю всей информации. Еще раз говорю. Я пытаюсь это сделать так, чтоб это стало все достоянием общественности. Чтоб об всех нарушениях было, по крайней мере, известно. Чтоб это было, по крайней мере, прекращено. У нас до недавнего времени было — на территории НП проводили ралли. Ралли проводили. Я сразу пришел и запретил. Никакого такого ралли больше не будет. И не было ничего. Если такое происходит — это нарушение нашего регламента, это нарушение наших гос.инспекторов. И значит, мы этих госинспекторов должны гнать и делать им там нечего на этих территориях. Я как биолог, я могу сказать, я понимаю что это такое. Я закончил Самарский Государственный Университет по биологии. Вот я понимаю. Я исходил Самарскую Луку очень много. Я знаю, что это такое, когда начинают проводить такие ралли.

Реклама открытым ходом идет.  

А.Е.Г.: Ну это старая реклама. Ну ничего такого официального ничего нет. Как только я это узнаю, что это на самом деле, то я приму решение.

Я хочу сказать, что насколько обидно бывает когда там толпа снегоходов промчалась — и им ничего, а ты вот на лыжах идешь — и тебя не пускают. Это обидно до слез.  

А.Е.Г.: Безобразие. Я еще раз говорю: я открыт для общения. Вы можете писать. Мы в каждом лесничестве в ближайшее время должны поставить ящики доверия. То есть который ящик будет открывать только мой помощник. Будит приезжать и открывать. В течение одного месяца мы это сделаем. То есть можно будет приехать и кинуть туда все, что необходимо. Будем разбираться. У госинспекторов много дел. Вы не поймите, что только занимаемся  туризмом и больше ничем. У нас очень много проблем, связанных с  тем, что заиливаются участки. Нам нужно проводить научные исследования. Нам нужно проводить проект по освоению лесов. То есть делать противопожарные мероприятия. Очень много вопросов, которые требуют сегодня постоянно внимание директоров и всех остальных. Если есть вопросы — вы, пожалуйста, звоните.

Зеленая Роща — это ваш участок? Остров напротив Рождествено. Напротив “Кинапа”.

А.Е.Г.: Нет, это не наш. Это к городу Самара относится.

А со стороны Министерства спорта, туризма и молодежной политики какие-то целевые программы на обустройство маршрутов, на инфраструктуру — что-нибудь есть?  

А.Е.Г.: Пока только желание.

Я прочитала на ВелоСамаре о том, что в ближайшее время будет запрет на посещение лесов. Вопрос: так же прийти и полазить на гору Верблюд — это возможно ? Говорили, что прям будут выгонять.

А.Е.Г.: Да. Я думаю, и правительство и НП, мы все это понимаем, что сегодня ситуация иная ,чем в прошлом году. И никто таких жёстких, ну немножко перестраховавшийся этом отношении. И в НП мы понимаем, когда погода будет такая нормальная, без всяких проблем, то все эти посещения спокойно можно будит осуществлять. Нет вопросов.

Ну как вот понять, что такая погода? Вот сейчас, например, идут дожди.  

А.Е.Г.: По территории НП пока нет таких приказов о том, чтоб запретить допуск туристов на туристический маршрут. В прошлом году, как только ситуация вышла из под контроля — я такой приказ такой издал. И в соответствии ни на один туристический маршрут ни один турист не должен был попадать.

А где можно найти информацию? На сайте?  

А.Е.Г.: Конечно, это без всяких проблем можно узнать. И если это надо повесить — давайте повесим. Я помню, в прошлом году мы всегда на сайте писали эту всю информацию о том что закрыто посещение туристам. Проход закрыт. Вот такое было. Еще вопросы есть ?

Вот один больной вопрос хотел выяснить. Один человек едет из Рождествено в Винновку. Едет к бабушке за пирожками. Едет на велосипеде. Я нашел ссылку из закона «об особо охраняемых территориях», и там сказано, что «запрещается движение и стоянка механизированных транспортных средств». Неужели велосипед относится к механизированным транспортным средствам? У него ведь нет двигателя.  

А.Е.Г.: Ну там еще написано другое, что осуществление движение осуществляется по разрешениям, путевкам, выданным администрацией. Читайте.

Я не пойму разницу вот в чем. Я приехал на Молодецкий, там сделаны лавки, информационные щиты. Мы заплатили 50 рублей. Мы сказали, что “Ребята посторожите велосипеды”. Мне сказали, что “хорошо”. Набрали воды, погуляли, пофотографировались, класс,  50 рублей. Другое дело здесь. Два села, соединённых дорогой. Других дорог нет. Я перемещаюсь из одного села в другое, не собираюсь останавливаться. В кармане только шоколадка и бутылка пива, все.

А.Е.Г.: Я еще раз объясняю. У нас осуществление посещение парка по дорогам общего пользования разрешено без всяких ограничений,  всего остального идет регулирование, которое мы должны знать: кто ходит, как ходит. Это осуществляется по разрешению. Вот этот вопрос: если вы придёте и договоритесь, что у вас никаких проблем не будет, то мы вам можем выдать разрешение, без проблем.  Это другой вопрос. Но просто сегодня должно осуществляться посещение по дорогам общего пользования. Эта, про которую Вы говорите — это дорога не общего пользования. Если это туристический маршрут — без проблем, вы работаете по нему, ходите. Без проблем. Но это не туристический маршрут. Он проходит по заповедным зонам, по особо охраняемой зоне. Я еще раз говорю: в этом проблема. Сегодня закон так трактует пока, ничего другого нет

Особо охраняемая - это желтая труба справа там идет?! Там ходит сотни машин. Сотни. Едут.

А.Е.Г.: Я все это понимаю. Я еще раз говорю: мы, например, говорили по Зимнику. В этом году поставили заслон. Все кто получил разрешение, смотрели, как это все происходит. Поставили с двух сторон и смотрели как это все происходит. Потому что раньше как вы про эту трубу говорили: там была всего маленькая тропка. Маленький маршрут. Сейчас, извините,  там 25 метров, вырубили лес на 25 метров шириной. Ущерб, который нанесен природе, этому заповедному, принесенный участку, тоже колоссальный. Вот этот вопрос: мы должны понимать, что нельзя все мерить только со своей точки зрения: что нам удобно — и все. Есть определённые нормативы, есть определённые подходы к особо охраняемым территориям. К этому надо привыкать. Мы ничего не можем сделать. Ну если не положено ходить вон туда по этой тропе. Просто не положено. Разрабатываем маршрут, давайте это все обустроим.

Это противоречит свободе передвижения.  

А.Е.Г.: Может и противоречит, но это вопрос не ко мне. Это вопрос к нашему положению. Этот вопрос решается через суд и так далее. Мы нормальные люди и понимаем, что на нас можно подавать в суд и решать через судебные органы. Ничего страшного в этом нет. Ну получается выиграли вы суд. Хорошо, давайте дальше работать, всё равно. Но в данном случае сегодня в законе прописано так: если я дам разрешение на проведение этого мероприятия, то же кто-то на меня напишет: почему этот человек пошел по Заповедной зоне? Меня прокуратура примет: ты не исполняешь своих обязанностей.

Лбище — это дорога, это не заповедная зона? По ней можно ходить, да?  

А.Е.Г.: По-моему, до Лбища да

Интересно, до Лбища можно. А там велосипедисты ездят. А там нельзя. Вот если велосипедисты не ездили, то ничего бы там не было.  

А.Е.Г.: До Севрюкаева, до Лбища — это дорога между селами. Она соединена. Она является дорогой общего пользования.

Я вот специально соберу группу бабушек и пойду. И вот попробуйте возьмите с меня деньги. Попробуйте возьмите с меня деньги. А я возьму. И сразу повестка в суд будит.  

А.Е.Г.: Погодите. Вы говорите о том что кто-то должен брать деньги. Мы же про деньги вообще речь не имеем. Вопрос ведь не в этом. Если Вы пойдете по этому маршруту, то Вас остановят — просто-напросто, вам составят протокол — и Вы заплатите штраф о нарушении режима НП. Разные есть штрафы.

Вы не имеете брать штрафы. Вы не уполномочены. По решению суда берётся штраф, а вы не уполномочены. Ничего мы платить не будем Вы не имеете право брать штрафы. Вы не уполномочены штрафы брать. Решением суда берётся штраф.  

В вашем положении написано, что вы не берете штрафы и не можете брать штрафы. В Федеральном законе написано о том, что вы можете оказывать услуги, вы можете выдавать путевки — но не продавать.  

А.Е.Г.: А при чем тут путевки?

Ну я перешла уже на путевки.  

А.Е.Г.: В законе четко написано о том, что НП может брать штрафы за нарушение.

Через суд! Через суд! Через суд!  

А.Е.Г.: Штраф за нарушение. Если Вы не согласны с этим, то конечно НП вправе обратиться в суд и взыскать с нарушителя эти средства. Всё, весь механизм. Есть добровольная уплата, есть через суд. Всё, все вопросы. А составлять протоколы и дать представление о добровольной уплате — это НП делает. И со многими так работает. А как же браконьеры? Как же другие нарушители? У нас достаточно много людей и предприятий составляющих протоколы. Более 400 протоколов.

В НП довольно богатый животный мир. Вот вы и ваши сотрудники занимаются как-то регулированием числа животного мира в НП? Конкретный вопрос: занимается ли регулированием плановым?  

А.Е.Г.: Мы до недавнего времени пытались регулировать численность кабанов. Обращались в соответствующие органы, обращались в министерство для того, чтоб нам выдали соответствующее разрешение. Что такое регуляция численности какого-то вида?  Это значит 2/3 популяции надо выбить. Вот посчитайте: кабанов на территории НП более 600 особей. Значит я должен выбить сколько? 400 кабанов.  Что ж  за ужас? Что за ужас? Конечно, мы этим не занимаемся. Мы прекратили этим заниматься. Другой вопрос, когда к нам приходит местный житель и говорит: - Зашел кабан в Аскулах”. Там у них огороды и все прочее. Тогда, конечно, приходится применять оружие и отстреливать. “Зашла бешеная лиса“ — конечно мы, отстреливаем. Всё. Никакой регуляции в НП не происходит. Это возможно, но мы не производим.

Если сейчас в  лесном массиве ты находим такое место — ну мы понимаем, что это специальное место для регулирования численности. Это незаконное место?  

А.Е.Г.: Конечно

Что делать с этими охотниками ? Я лично много раз встречал охотников. 

А.Е.Г.: Докладывать и всё. Обращаться в соответствующие органы, к нам, в прокуратуру. 2-29-58 – постоянно действующий круглосуточный телефон в Жигулевске.

Сами органы этим занимаются (охотниками)?

А.Е.Г.: Для этого существует соответствующее общественное мнение, средства массовой информации. Давайте, фотографируйте и все будут этим заниматься. Я лично могу сказать, что я лично никаких таких указаний не даю, я не охотник и не собираюсь этим заниматься. Если такое происходит — значит будем с этим разбираться. Я могу сказать, что ежегодно сотрудники НП изымают около 10 шт. огнестрельного оружия. В прошлом году мы ликвидировали порядка 10 самовольных построек для отстрела кабанов. Ликвидировали 3 живоловки, значит браконьеры поняли, что госинспекция работает. Кабан туда заходит, и его просто забивают просто штык ножами, чтобы он не кричал, чтобы не стреляло. Это есть. Мы сидели, но не выловили. Живоловки мы ликвидировали. Понятно, что такое безобразие все ещё имеет место быть. Но с этим работаем, так же как с сетями и всем остальным. Да, есть электронная почта. Если не хотите своего имени называть — пришлите мне на электронную почту, я буду только рад.

С лесниками можно все вопросы решать, то о чем вы говорили? Я приду к лесникам и скажу "Я хочу в том-то вам помочь".  

А.Е.Г.: Они отправят вас все равно к нам сюда, в отдел рекреации, кто занимается этим делом.. Они скажут что не против, но отправят вопросы решать с начальством.

Насчет турбаз можно ещё вопрос? Вы сказали что Росимущество занимается выдачей договоров на аренду. Получается, если я захочу устроить себе турбазу в Чурокайке — я иду в Роисмущество, и НП здесь ничего сделать не может?

А.Е.Г.: В принципе, да.

И мы рискуем в один прекрасный день увидеть забор поперек Ширяевского оврага?  

А.Е.Г.: Нет, конечно. Есть определённая позиция в Постановлении. Написано, в каких зонах разрешено предоставлять аренду. В заповедной зоне запрещено, в охраняемой запрещено, в зоне познавательного туризма запрещено. Разрешено только в рекреационной зоне и ещё в каких-то двух зонах, в зоне регулируемого туризма разрешено. Во всех остальных зонах это запрещено. Понятно что в Чурокайке турбазы не будет и никогда её не будет.

А обсерватория?

А.Е.Г.: А обсерватория в научных целях — это реально. По мониторингу без проблем можно делать. Всё, что связано с научной деятельностью — очень многое разрешено, в том числе в заповедной зоне.

Я может быть не на все вопросы ответил, может быть не всегда понятно говорил — но я благодарю вас...

Я бы хотела на счет шлагбаума. У меня душа болит. Я не хочу, чтобы ездили по НП на моторизованной технике. Я его могу сама опустить? Мне ничего за это не будет?

А.Е.Г.: А почему? Не будет. Вы мне просто должны говорить об этом. Если такое существует, вы мне напишите, я дам указание, это все сделают, это нормальная ситуация. Например госинспектора говорят, что если сейчас его опустят, его ночью сломают, понимаете? Он тоже защищает свой интерес, свой участок. Но это уже другой вопрос. У нас например совсем недавно, в Ширяево, вчера ночью, заехали туда, разломали там все что мы благоустраивали, спилили все цепи, утащили. Что мы сделаем?

Кто нибудь следит за этим?

А.Е.Г.: Ну понимаете, ночью, кто там будет сидеть? Казалось бы. Но шлагбаумы мы обязаны ставить. Ну сломают, в следующий раз опять поставим. Это тяжело конечно делать, постоянно менять. Но мы будем это делать. В любом случае я готов к тому, что будут ломать, и мы будет постоянно устанавливать. Поэтому спрашивать откуда у нас ресурсы дополнительно...

Со стороны Белой Глинки обязательно нужен шлагбаум. Раньше это была пешеходная тропа, ветераны наши лыжного спорта построили этот мостик.

А.Е.Г.: Ну напишите нам письмо по электронке, мы рассмотрим этот вопрос, может быть мы поставим. Действительно это вариант такой. Это реально, почему бы и нет? Ещё раз говорю — у нас лесничество работает по определённому порядку. У нас есть оперативная группа, которая ездит и патрулирует территорию. Понятно, что они одновременно не могут быть в 10 местах. В одном месте засекли, в другом не засекли. В следующий раз в другом месте делать, ситуация такова. Вы мне просто напишите, в каком это месте, мы найдем управу.

А где можно почитать вашу книжку, хорошенькую вы показали?

А.Е.Г.: Положение что ли? На сайте есть. В любом месте есть. Вон возьмите "Гарант", везде она в интернете есть.

А в продаже она существует?

А.Е.Г.: Ну у нас было 200 штук. Но поменяли немного. Сейчас просто к тому, что мы теперь будем называться не федеральное государственное учреждение, а федеральное бюджетное учреждение, и соответственно в следующем году у нас будет не Положение, а Устав. Будем новое делать.

Ещё вопрос напоследок. Сейчас по дорогам, которые открыты, и маршруты расположены, велосипедисты имеют право передвижения?  

А.Е.Г.: Да, конечно.

Инспектора, которые производят надзор и наблюдение, имеют право их задерживать и просто выдворять оттуда в данный момент?

А.Е.Г.: На территории асфальтированной дороги нет конечно.

А грунтовой?

А.Е.Г.: А грунтовой конечно. Это не дорога общего пользования.

Если пропуск получен?

А.Е.Г.: Нет, проблема не в этом. Если есть пропуск, маршрут, и вы отошли от маршрута, то это, конечно, нарушение режима. Если вы отошли от маршрута который официально действует, то конечно это будет нарушение.

Анастасия Меньшикова ( ВелоСамара ): Можно я пару слов про маршруты скажу? "ВелоСамара" в этом году начинает проект разработки карт веломаршрутов, потому что говорят "веломаршрут", но никто не понимает где на самом деле эти веломаршруты расположены. Все катаются куда хотят. Поэтому, поскольку работники НП предпочтения велосипедистов  не знают, мы решили совместно разработать карту веломаршрутов. Я думаю, что в этом году мы согласуем всё это: заповедные зоны, где нельзя останавливаться, где можно останавливаться. Сделаем такой щит информационный, и в следующем году я думаю, что найдем средства на то, чтобы щиты эти в ключевых точках поставить — и там уже будет понятно, где официальные разрешенные маршруты. Про маршруты я сразу могу сказать, что 2 основных маршрута будет. НП не против. Это марафонский круг, который сейчас уже утвержден в качестве официального веломаршрута и который может использоваться не только во время веломарафона нашего, но и всегда. Как это по факту и было. И второй маршрут — это Жигулевская кругосветка. На 3 ночевки он рассчитан, но кто хочет — там может 2 ночевки, ни одной ночевки. Я так понимаю, что вот эти 2 маршрута — они в принципе покрывают 80% как минимум потребностей велосипедистов. Потому что там самые лучшие дороги, самые интересные места. Все в основном туда и ездят. Ну а те, кто ездит в Гаврилову Поляну по асфальту, в Шелехметь по асфальту — тут уже сказано было, что путёвки никто не берет, это дороги общего пользования. В чем состоит обустройство веломаршрута ещё раз: вот эти щиты мы будем ставить, я думаю что на следующий год займёмся этим, указатели и места стоянок. Надеюсь, что у нас получится все это. Чтобы велосипедисты были информированы. Потому что мифические веломаршруты эти толком никто не знает.

А есть возможность общаться не только с НП, но и с заповедником? Например, это маршрут через Чурокайку. Можно как-то договариваться и обратиться?

А.Е.Г.: Обратиться можем. Дело в том, что согласно сегодняшнему законодательству эти вещи пока запрещены.

Там действительно зона заповедника все-таки? Эта дорога от Бахилово до Чурокайки.

А.Е.Г.: Я знаю, что там Жигулёвский заповедник очень возмущен этими несанкционированными действиями велосипедистов. Потому что действительно вы должны понимать, есть зона покоя, которую не нужно беспокоить. Независимо от того, хотите ли вы этого или нет, это действительно так и есть. Например, нельзя проезжать там, где находится токовище. Неважно, вы можете ничего не стрелять, ничего не бросать — но если 2-3 проедут, их завтра не будет.

Тогда перекрывать надо полностью всю дорогу, потому что это возмущает.

А.Е.Г.: Я понимаю.

Дело в том что там местные жители на мотоциклах ездят на озеро рыбачить в большом количестве.

А.Е.Г.: Здесь вопрос только в том, что я ещё раз могу сказать директору Жигулёвского заповедника, ну а дальше, естественно, находить компромисс, либо об этом действительно широко распространять.

Анастасия Меньшикова ( ВелоСамара ): С заповедником мы еще не начали работать. Если есть желающие завязать контакты с дирекцией заповедника? Я так понимаю, велосипедистов там совсем не любят.

А.Е.Г.: Не потому что даже не любят, нужно правильно подойти к этому делу и всё. У нас же есть определенные обязанности, которые мы должны исполнять. Если мы этого не делаем — ну конечно нас будут наказывать. У нас достаточно много надзорных органов, которые за нами смотрят, правильно ли мы исполняем свои обязанности или нет. Если то же самое, я пускаю туристов, например, на заповедную зону или они там остановились, вдруг приезжает Росприроднадзор, который контролирует деятельность и следит за соблюдением режима и правильностью функционирования НП, то, конечно, накажут меня. Директора НП. Вот и всё. Это подход такой, сегодня он везде, во всём мире, вернее во всём нашем государстве. У нас заповедников достаточно много, НП сейчас 40 с лишним, чуть больше 40. В которых с соблюдением зонирования, с соблюдением его режима, разрешены многие вещи. Разрешены. Разрешены для туристов, тем более велосипедистов. Я ещё раз говорю, не надо говорить, что мы там против велосипедистов. Нет, велосипедисты для нас — это лучший турист, который сегодня может быть на территории НП. И конный. Всё, все остальные виды туризма — на сегодняшний момент они наносят колоссальный ущерб природе Самарской Луки. Колоссальный. Просто любой другой турист: пляжный, массовый, который приходит например в Ширяево, они вылазят как муравьи на эти склоны, уничтожая всё, абсолютно всё. Конечно, такой туризм нам не нужен. А вот который небольшими группами, небольшими маршрутами — это нормально. Природа будет справляться с этими воздействиями, и туристам будет хорошо от этого. Ну вот наверное и всё.

А Вы здесь никогда не бываете? Здесь есть какой-то офис?

А.Е.Г.: Да, мы представительство открыли, мы сейчас думаем о том, чтобы открыть ещё представительство в Росприроднадзоре. Но пока у нас не всё получается. Мы открыли, у нас было представительство в Росгидромете, там помните в своем время, но сейчас, поскольку там не договорились, сейчас переехали они на Советскую Армию. Сейчас у нас представительство в экологическом центре.

Вы говорите — из областного бюджета ничего не выделяется. У них есть, допустим, какая-либо обязанность, например произошел на кургане пожар, они выделили средства. Но плановая какая-либо предусмотрена программа (финансирования)?

А.Е.Г.: Нет.

Вообще нет? Вы с них даже ничего требовать не можете?

А.Е.Г.: Ничего не можем. Дело в том, что сегодня федеральное законодательство запрещает финансировать федеральные структуры из регионального бюджета. Не против, и правительство Самарской области не против оказать помощь НП, не против выделить средства на создание той же самой туристической инфраструктуры или экологических троп. Но на сегодня это незаконно. Сейчас принимаются решения такие. Например, НП “Лосиный Остров”, они договорились с правительством Москвы, чтобы это сделать. Они подготовили соответствующую программу, и им в этом году выделили 300 миллионов на создание этих троп. У нас такой программы нет. Мы надеемся, что это будет. Может, благодаря общественности — но мы готовы. Это нужно. Можно попробовать. Дело в том, что никто не против, все готовы с пожарами нам помочь, но вот эта ситуация очень сложная.

Ну как готовы? Могутовая гора горела сколько?

А.Е.Г.: Долго. 2 месяца. Да. Но вопрос ведь другого плана. Вы поймите. Ведь как тушить на территории НП в горах? Какой способ? Единственный способ на сегодня это...

Самолеты, вертолеты? Ну понятно.

А.Е.Г.: Да, эта ситуация такая, что мы просто напросто, как и лесники, наша служба, они просто отбивают этот огонь и ждут когда это все сгорит. Вот и всё. Весь способ. Потому что всё, что касается, допустим, сбрасывания с самолета и все прочее, это все просто-напросто по этому склону стекало. Это хорошо, что у нас появились эти самолеты и начали помогать тушить Молодецкий курган. Потому что они действительно создали такой микроклимат, что это в принципе все понизило пожароопасную ситуацию. Снизило ущерб для этой природы. Ещё очень хорошо, что они это сделали. Понятно, что основное тушение было осуществлено с помощью личного состава. Нам и солдаты помогали, МЧС действительно сутками дежурили, и сотрудники НП дежурили и тушили всю ночь. И бульдозерами там все это продвигали, чтобы не проходило. Но очень много было затрачено усилий. Но самый главный фактор — это человек. Мы только в одном месте потушим, через 5 минут в другом месте, на этой же территории, но в другом месте, появляется новое возгорание. Нам жители, например села Жигули, говорили что приезжала специальная машина, которая пыталась поджечь в местах Молодецкого кургана. Но не пошло. А в одном месте пошло. В результате мы  в течение двух недель тушили этот пожар. Причем такими колоссальными ресурсами и средствами.

Вот кому это надо?

А.Е.Г.: Я не знаю, не могу сказать. Я думаю что это в данном случае здесь у нас просто чтобы создать нервозную обстановку, чтобы показать, что правительство, и НП, что никто ничего не делает. Чтобы создать напряжение. Мне кажется, что это было вот такое. Я так думаю, что тогда мы вовремя все это сделали, конечно много потеряли, но все-таки эту ситуацию сдержали. Сейчас ситуация совсем другая. Вполне разумно пускать людей на территорию. По маршрутам. Я думаю что такого ажиотажа "всё запрещаем, никуда не пускаем" нету сейчас.

Александр Егорьевич, вы сказали насчет финансирования, то что правительство области не имеет право давать вам деньги. Но ведь оно может направить не вам. А другой организации.

А.Е.Г.: Общественной организации? Пожалуйста. "ВелоСамаре", клубу, без проблем. Да мы готовы, мы поддержим все ваши проекты в этом направлении. Если они будут связаны с НП. Без проблем.

* Аплодисменты *.

 

 

Спасибо всем кто принимал участие в написании стенограммы:
Виолетта (fignya),
Людмила (lyusia1806),
Сергей (flyer2001),
Вячеслав (Nullator),
Елена (Эль).

Наши партнеры

banner banner banner banner


Реклама
Rambler's Top100