Вторник 24 Января 2017г.

Велоотчёты 2009. Памирский отчёт

12.07.2009 – 02.08.2009

Отчет Константина Акчурина о вело походе по Памиру и Высокому Алаю


Маршрут

Душанбе – Кофарнихон – Нурек – Дангара – Советский – Кулёб – пер. Шуробод (н.к. 2000 м) – Хирманджой – Калайхум – Даштак – Шидз – Рушан – Бартанг – Басид – пер. Нишус (н.к. 2715 м) — пер. Виноз (н.к. 2732 м) – Япшорв – пер. Савноб (н.к. 2900 м) – Гудара – долина Танымас – пер. Кокджар (н.к. 3760 м) – пер. Аильутек (н.к. 3795 м) – долина Кокуйбель – долина Музкол – озеро Кара-Куль – пер. Уйбулок (н.к. 4210 м) – Маркансу – пер. Кызыл-Арт (н.к. 4336 м) – въезд в Кыргыстан – Сары-Таш – Сары-Могол – Альплагерь Луковая поляна (3500 м) – пешая прогулка на пер. Путешественников (1А, 4128 м), к леднику Ленина и подножию пика Ленина – Кашка-Суу – Кызыл-Эшме – пер. Тенгизбай (н.к. 3890 м) – долина Исфайрам-Сай – Кызыл-Кия

Пройдено 1318 км за 18 полных ходовых дней.
Общий набор высоты за поход — 14220 метров.
Пройдено: 735 км — по грунту, 583 км — по асфальту

Пунктиром показан запланированный маршрут, а сплошной линией фактический.

ВСТУПЛЕНИЕ

В преддверии летнего сезона 2009 г. сколотил наметки возможного большого Памирского путешествия. Хотелось бросить вызов настоящим горам и еще раз вернуться в столь любимую Среднюю Азию. Родился нестандартный маршрут, часть которого проходит по самой высокогорной дороге СНГ — Памирскому тракту, а другая часть проложена по диким урочищам, долинам и перевалам Паимирского плато и Алайского хребтов, существующими грунтовыми дорогами и частично конными тропами.

Маршрут начался в республике Таджикистан, продолжился по Кыргыстану и завершился в Узбекистане. Поход проходил в различных климатических условиях, от жарких долин до суровых пустынных высокогорий с ночными заморозками. Груз везли на багажниках и в рюкзаках. Почти все ночлеги в палатках. Готовили на мультитопливной горелке на керосине. Были полностью автономные участки, но не более 2-3 дней. Запасы продуктов пополнялись в высокогорных кишлаках. Кроме того, маршрут содержал в себе нестандартный переход Алайского хребта по полуразрушенной дороге через пер. Тенгизбай (н.к. 3890 м). В походе всегда рядом с нами были снежные вершины, ручейки, бушующие реки, высокогорные луга, участки каменной горной пустыни, ледники и озера. Увидели высочайшие пики Памиро-Алая: Ленина (7134 м), Кызылагын (6883 м), Трапеция (6048 м). Заявленный бюджет похода – 20 000 руб., по факту около того.

Заброска в стартовую точку маршрута — столицу Таджикистана Душанбе самолетом а/к «Атлант-Союз», прямой рейс Самара — Душанбе (в полете 3,5 часа, цена билета 9200 руб.), выброска поездом из столицы Узбекистана Ташкент поездом 006 Ташкент-Самара (ехать 2 суток, цена билета плацкарт 2600 руб.). Прорабатывался также вариант заброски поездом в Душанбе, с пересадкой в Волгограде, но он после проработки прорисовался непривлекательным, из-за того, что связка ж/д билетов стоит около 5000 руб. и дорога заняла бы более 4 суток, из них 3 суток по жаркой пустыне.

Для въезда в Таджикистан и Кыргыстан россиянам достаточно паспорта РФ, для въезда в Узбекистан обязателен загран паспорт. Кроме того, на каждого участника похода необходим пропуск в пограничную зону Горно-Бадашханской обл. в Таджикистане. Такие документы могут быть оформлены дистанционно, по копиям паспортов и с переводом денег, в одной из контор в Душанбе. Мы по советам горных туристов воспользовались услугами фирмы MATVC (г. Душанбе, ул. М.Турсунзаде, 3/1, Тел/Факс. (992 37) 236 27 08, сотовый хозяйки +992322277055 Зарина, e-mail: Этот e-mail адрес защищен от спам-ботов, для его просмотра у Вас должен быть включен Javascript , http: //www.matvc.net). Обошлись разрешения примерно по 1000 руб. с человека. Требовалась еще копия мед. страховки на каждого участника, но я обошелся подделкой (несколько часов работы в фотошопе). Сделал так, потому что обычная 15-долларовая страховка все равно бы не помогла в таком труднодоступном регионе. Оформление документов лучше начать не позже чем за месяц до начала похода.

Есть еще пара тем, от которых приняли решение отказаться:

— регистрация ОВИР в Таджикистане за 30 $ (отменена с мая 2009 г. при пребывании в стране в целях туризма до 30 дней). Любезные представители фирм продолжают предлагать ее оформление, ну, сами понимаете, деньги лишние — никогда не лишние. Если от Вас требуют регистрацию нужно говорить — постановление 220 от 2 апреля 2009 г. Хотя, если дословно читать это постановление, то там про регистрацию вообще нет ни слова, но по факту отговорка железно работает;

— пропуск в Алайскую долину в Кыргыстане за 10 $, формально нужен, но фактически нет. В Алайской долине этот пропуск просто некому проверять. Погранцы не в курсе, что он нужен. Знают об этом в Бишкеке, и в турфирмах, оформляющих сий документ, но Бишкек далеко, и в случае чего, с кыргызами всегда можно договориться о чем угодно.

Район путешествия дикий, малонаселенный, местное население (таджики, киргизы, узбеки) гостеприимны. Цены на продукты и общепит в республиках низкие. В ходу местная валюта — таджикский сомони, кыргызский сом и узбекский сум. Конвертация русских рублей в сомони, сомы и сумы может быть произведена только в крупных городах.

Участники

Константин
(Самара)
Дима
(Самара)
Павел
(Самара)
Сергей
(Самара)
Петр
(Тольятти)
Specialized custom (XT) Author Airline (LX) Trek 8800 (LX) GT Avalanche 1.0 (LX) Jamis Durango SX (Deore)

Пишу отчет по прошествии полугода после завершения похода, а все как наяву. Пытаясь передать Вам то, что мы видели и испытали, сосредотачиваюсь, закрываю глаза, и вот я уже вдыхаю не затхлый воздух офисного кабинета, а чувствую дуновения горячего таджикского ветерка в зажатом меж скал узком ущелье… Шум трамвая, сработавшая во дворе сигналка, звон телефона, шелест бумаг, вся эта мышиная возня остается где-то далеко-далеко. На тропе-овринге на афганском берегу Пянджа трубно орет ишак, а я жму на педали в очередной 15% подъем, солнце нещадно палит руки и шею, глаза заливает потом… Падаю почти замертво на привал на берегу холодного Кокуйбеля, голову мутит от горной болезни, сил нет… Останавливаюсь перевести дух посреди горной пустыни Памирского плато, все стихло, и вокруг звенит тишина, не та тишина, которая настает когда поздно вечером выключил телек и лег на диван, а другая, которая мне нравится гораздо больше, которая дает непередаваемые ощущения… Все как наяву, как будто второй раз качу этот поход… Итак, поехали:

ЧАСТЬ I. ДУШАНБЕ, ГИССАРСКАЯ ДОЛИНА И КУЛЯБСКАЯ ОБЛАСТЬ

12 июля
Самара – а/п Курумоч – Душанбе

60 км, средняя 23 км/ч, набор высоты 250 м, ночевка на высоте 850 м
утро: +27 ясно, день: +30 ясно, вечер: +28 ясно

Покидаем Самару воскресным утром, своим ходом. Люди спешат на дачи, а мы — на Памир. Я стартую из дома первым, у булочного комбината на московском должен присоединиться Дима, а на Ракитовском кольце — Сергей. Паша и Петро должны приехать в аэропорт не своим ходом. Еду 26 км/ч, и не сказать чтобы внатяг, так что к груженому байку должен быстро привыкнуть. Выехал на Московское шоссе. Клац-клац-клац… что за такое? Смотрю на трансмиссию, пытаюсь понять, клац-клац-клац-боц — обрыв цепи. Вот дерьмо! С начала сезона у меня с железом не заладилось, рама новая, много чего новое, а проблемы как начались после неудачной расточки изношенных звезд одним из самарских веломастеров, так и продолжаются. И вот опять. Готовил же байк к походу… Состыковываю цепь, продолжаю путь, но не покидают мысли, что рвется она не последний раз за поход… Втроем двигаемся в сторону аэропорта.

Разобрали велы, встречаемся с Петром и Пашей. Объявили наш рейс! Вот кайф! Были опасения, что задержат, отменят или еще чего. Авиакомпания «Атлант-Союз» почему-то не внушала доверия. Давимся в очереди на регистрацию. Я в 2007 году, когда возвращался из Еревана, уже сталкивался с неприятными моментами самарского международного аэропорта, они повторились. Тут и давка, и… а черт с ним, не буду подробно рассказывать, в общем не для людей он сделан, этот терминал. Ну да ладно, нам пофиг, мы на Памир, и это главное. За перевес отдали где-то по 700 рублей с человека. По стакану холодного ханикена и — на борт Ту-154.

Взлет, Самара удаляется, внизу — казахские степи, пустыня, Арал (отчетливо видно северное и южное моря, оставшиеся после усыхания единого водоема), горы, о — ГОРЫ, видим снега, наверное это Фаны, снижение в Гиссарскую долину, посадка. Стоп пропеллер. Нас приветствует Душанбе! Дима потерял багажную квитанцию и его моментально развели на 500 рублей, мы даже и глазом моргнуть не успели. Собрали байки у здания аэропорта. У Петьки скачет цепь, новая цепь на старых звездах, говорит что сразу после замены такого не было, но такого же не может быть, я весь в сомнениях.

Аэропорт ДушанбеДушевное пиво

До центра города километров 10, не больше, и по плану у нас ночевка в Душанбе. В сумерках въезжаем в город. Прежде чем искать гостиницу, решили попробовать «вписаться» на ночлег к местным в частный дом, спросив на рынке, можно ли. После 20-минутного вождения нас по около-рыночному кластеру частных домов падаем на ночлег в хибаре семьи милиционера, работающего на рынке. Вот и ОК, спокойней будет. Вечер прошел в одном из центральных душанбинских ресторанов, попивали пиво, сваренное совместным таджико-американским предприятием «таджикскими мастерами на венгерском оборудовании“. Во! После прошлись по ночному городу. Спалось хреновато. Душно, да еще тело терзали непонятные мелкие насекомые.

13 июля
Душанбе – Кофарнихон – Нурек

105 км, средняя 18 км/ч, набор высоты 1500 м, , ночевка на высоте 1150 м
утро: +30 ясно, день: +36 ясно, вечер: +28 ясно

Столица Таджикистана получила свое необычное имя от пристрастия к торговле. Душанбе по-таджикски значит понедельник (“ду» – два, «шанбе» – суббота, т. е. два дня после субботы), именно в этот день недели в средние века здесь собирался большой базар, куда приезжали жители всех окрестных селений. Вот и мы, проснувшись в Душанбе в понедельник 13 июля 2009 года, пошли на базар. Требовалось решить задачу по закупке топлива. Бывши начитанными о поганости таджикского бензина и о том, как он убивает горелки, искали не автомобильный, а очищенный бензин или керосин. Купили 3 литровых бутыли последнего по 30 рублей за каждую, перелили их в фирменные примусовские емкости и стартовали.

Президентский Дворец Президентский Дворец Памятник Сомони Тажин готовится Государство Саманидов

По залитому утренним солнцем главному проспекту таджикской столицы — проспекту Рудаки катим на выезд, в сторону Памирского тракта. По пути сделали небольшую остановку на главной площади города Озоди (свободы) для осмотра. Тут новый роскошный президентский дворец, который Рахмон выстроил к встрече лидеров ШОС и вселился в него в 2008 году. Наш старт совпал с визитом в Душанбе президента Латвии, в связи с чем весь проспект был просто напичкан милиционерами, живо интересовавшимися нашими целями и намерениями. Приходилось через каждый квартал вкратце рассказывать, кто мы, откуда и куда.

На площади Озоди расположен открытый 10 лет назад памятник-мемориал, посвященный основателю таджикской государственности Исмаилу Сомони. Позади памятника выложена в камне карта древнего государства Саманидов. Скажу, что комплекс гармонично вписался в архитектурный ансамбль площади и достоин осмотра. Только вот был ли Сомони таджиком, а государство таджикским, как считают все таджики — большой вопрос, династия скорее персидская, да и государство включало в себя не столько таджикскую землю, а северо-восточные останы современного Ирана, часть Туркмении и почти весь Узбекистан со столицей в Бухаре. Никакого Душанбе тогда и в помине не было. Но, не будем обижать гостеприимных таджиков, пусть считают Сомони «своим». Надо же во что-то верить! Дедушку Ленина у них отняли, что-то должно быть взамен. Естественно, площадь Озоди раньше называлась Ленина и на ней стоял памятник Ленину.

Несмотря на общую бедность страны, столица производит впечатление скромного, но в то же время по-советски ухоженного, чистого и зеленого города. Здания преимущественно социалистического периода застройки. Таджики — образованная нация. В Душанбе много учебных заведений. Город постепенно закончился, проспект перешел в трассу, по сторонам пошли возделанные поля, на которых копошились селяне. Жара усиливалась, перевалило за тридцать, но первые 30 км дались очень легко. Асфальт здесь нормальный и подъемов пока нет.

Доехали до Кофарнихона, встали на завтрак-обед в кафе, расположенном в тени над одним из рукавов одноименной речки. Как все хорошо! Начался подъем к Файзабаду, пыхтим, но катим нормально. За несколько км до Файзабада самый большой испуг похода. Дорога перекрыта — менты, военные с калашами наперевес. Подъезжаем. — Ребята, дальше ехать запрещено! — ??? — Дорога закрыта! — ??? — Там ведется спецоперация по ликвидации незаконного бандформирования, захватившего райцентр Таваильдара, там афганцы-талибы и ваши чеченцы, стрельба, есть жертвы. Ехать нельзя.

Кирдык. Настроение падает ниже плинтуса. Как быть, что дальше делать? Начинаю беседы с майором КГБ, с людьми из уазика, приехавшего из зоны ЧП. Версии разные, причем люди, не связанные с военными и ментами, говорят, что на самом деле это не бандиты, а вылазка оппозиции, которую в годы гражданской войны 15 лет назад не до конца задавил президент Рахмон и его клан, и что беспорядки там уже третью неделю, но по понятным причинам власть не рассказывает о конфликте — молчит ящик, молчат газеты, молчит радио. Таджикистан не относится к разряду демократических государств с гласностью. В любом случае становится понятно, что ехать через Тавильдару не следует ни при каких обстоятельствах.

Ребята естественно в прострации — сходить с маршрута? Пробрасываться? Куда? Но после более подробного выяснения обстановки как руководитель принимаю другое решение. Продолжаем маршрут, едем другой безопасной дорогой, через Кулёб. Это крюк чуть более 100 км, вместо одного 3-тысячного перевала будет один 2-тысяник и парочка «небольших» по местным меркам, 1610 м и 1468 м. Что тут сделаешь. Делаем почти разворот и через десяток км выходим на кулёбскую дорогу. Собственно, это и есть Памирский тракт. Короткая дорога через Тавильдару, которая сейчас закрыта из-за военных действий, появилась позже и используется только летом, когда проезжабелен по погоде высокий перевал Хабуработ. Так что мы тракте. Километровый столб — 40 км от Душанбе. Вперед!

Начинаем подъем в перевал Зардолу. Становится тяжело. Жара. 10% подъем, а мы еще не вкатились. Ребята цепляются за Камаз, я же кручу сам. Рвется цепь. Твоюмать. Ремонтирую. Руки в масле, пыли, жадное солнце испепеляет, как раз полдень. Похоже, ресторанно-прогулочный этап похода завершился. На седловине Зардолу пьем газировку. Пост, проверка документов и разрешений. Убеждаюсь, что дорога через Кулёб открыта и безопасна. При мне даже позвонили на посты на Пяндже в Хирманджой и Кайлахум. Все под контролем, спокойно, ехать можно.

Выезд из Душанбе В окрестностях Душанбе Спуск к Нуреку Нурекское водохранилище

Серпантин-спуск в долину реки Нурек и к Нурекскому водохранилищу. Уклон хороший. Горят тормозные колодки. Сейчас здесь совместно с россиянами достраивают очередную очередь гидростанции. Остановились искупаться и зажрать арбуз. Немного освежились, но силы начинает отбирать следующий подъем в перевал Шар-Шар. Дорога новая, отличный асфальт, строят китайцы. Узнаем, что через хребет пробит новый туннель, почти готовый к вводу в эксплуатацию и в принципе можно попробовать проскочить по нему на байках, что и сделали на глазах удивленных строителей-китайцев, которые впрочем, не препятствовали нашему проезду.

На другой стороне тоннеля подъем продолжился, еще пару сотен метров набора высоты, перевал. Отсюда открываются замечательные виды на зажатое между скал Нурекское водохранилище. Вот бы на нем заночевать! Спускаемся к кишлаку Ходжарки и пытаемся найти спуск к воде. Привлекательное с высоты птичьего полета с перевала, вблизи место оказалось не очень. Пыльные крутые берега и колючая неприветливая травка. Решили даже не ставить палатки, а спать под открытым небом, благо было тепло и ясно.

14 июля
Нурек – Дангара – Советский – Кулёб

102 км, средняя 12 км/ч, набор высоты 1500 м, , ночевка на высоте 500 м
утро: +26 ясно, день: +38 ясно, вечер: +29 ясно

Подъем по будильнику в 6 утра, в это время как раз светает. Вода в водохранилище за ночь поднялась сантиметров на 30, затопив брошенную у берега посуду. А вот котел серегин похоже ушел «в дальнее плавание». Был куплен на груше за неделю до и похода, обидно, и в походе он нужен. Капитан никак не мог бросить свое судно, пошел по берегу и узрел его на середине залива водохранилища. Заплыв — котел спасен! Вернулись на трассу и двинулись в Дангару, где позавтракали в ошхане. Так здесь называются кафе. Раньше это по-видимому была совдеповская столовка, ей и осталась, как по виду, так и по внутреннему содержанию, став называться ошханой.

После завтрака я допустил ошибку. Надо было пилить по асфальту спокойно, глядишь, часам к 6 вечера были бы в Кулёбе. Нет же, понесло ловить приключения на свою задницу. Решил срезать шоссейную петлю напрямик через деревню Гаргара и гряду холмов грунтом. Виделась почти 40-километровая экономия трека. Карты подробной на этот квадрат не было, мы же шли измененным маршрутом. Чем это обернулось для нас? Вымотались как собаки и покололи все покрышки. Вернувшись из похода и обратившись к картографии, увидел название вышеупомянутой гряды холмов — Джилантау. Абсолютно антибайкерские, античеловеческие места. Местами тропы, местами грунтовки, все заросло острейшими погаными колючками, воды нет, жара, пылища. По рельефу холмики немаленькие — от 700 до 1300 м, вверх-вниз. Местность неживописная. Памиром и не пахнет. Туфта полная. Не ездите сюда никогда. Местами дорога заканчивалась и приходилось тащить байки по азимуту, по пояс в бескрайних полях колючек. Проколов сейчас насажаем! И точно, зашипело почти у всех. Клеимся. Только к 5 вечера вышли на дорогу и достигли селения Советский. Петька отстал, потеряли его. Связь есть, но звоню — не берет трубу. Бросил смс с ориентировкой, а мы пока отъедались арбузами и отпивались пивом в Советском. Тут Петька нашелся, злой, обиженный.

Ошхана В плену холмов Джилантау В плену холмов Джилантау Кулёб — ужин в гостях у Хайяма

Дальше — вторая ошибка, повторившая первую. Из Советского нужно было ехать в Кулёб асфальтом, а я опять решил срезать второстепенной дорогой напрямую. Поначалу она была нормальная, только подъем в следующую гряду гор-холмов задолбал. А потом настала темнота и еще большая чем днем на Джилантау задница. Спуск к Кулёбу оказался грунтовым серпантином, покрытым 10-15 см слоем мельчайшей пыли, скрывающей колеи и камни. Спускались с фарами, сложно. Петька опять отстал. Мы же тщетно рыскали на равнине перед Кулёбом в надежде найти удобоваримое место для ночлега. Тут сплошная населенка, заборы и помойки. Знак городской черты Кулёба. Придется опять «вписываться» к местным. Приютил нас первый же таджик Хайям, попавшийся около дынно-арбузного рыночка.

Ребята впервые, а я в очередной раз поразился среднеазиатскому гостеприимству. Мало того, что хозяин освободил нам для ночлега лучшую в доме комнату, так он еще разбудил своих женщин, которые приготовили нам ужин и! !! перестирали грязную после пылевого трофи одежду. Петьку пришлось эвакуировать от подножия холмов на машине, на пылевом спуске он убрался и сильно подвернул ногу. Съели арбуз и дыню, и погрузились в сон.

15 июля
Кулёб – пер. Шуробод (н.к. 2000 м) – Шуробод

40 км, средняя 11 км/ч, набор высоты 1500 м, ночевка на высоте 1900 м
утро: +30 ясно, день: +38 ясно, вечер: +20 ясно

Рассчитывал выгнать команду на трассу не позже 10-11 утра, день предстоял непростой, перевал. Но дела пошли наперекосяк. Пацаны сразу же после завтрака стали жаловаться на плохое самочувствие, тошноту. Дыню с рынка ели? Ели! А теперь, оплатите, как говорится, счет по полной программе! Я готов был рычать от злости. Объявляю тихий час до обеда. Поехали с Хайямом на его машине покупать Петьке билет на поезд — отправляем в Россию, хромает, сходит с маршрута. Попутно Хайям показал нам достопримечательности Кулеба.

В три дня, попрощавшись с Петькой и хозяином, кое-как выехали. Серегу с Пашей продолжает мутить и они решили проброситься попуткой до вершины перевала, а мы с Диманом посандалили в подъем. Подъем в Шуробод не сказать чтобы очень сложный, идет постоянный градиент примерно в 8-10%, асфальт нормальный, но нужно набрать по жаре почти полтора кило высоты. Позади в мареве остается выжженная солнцем кулебская долина. На седловине перевала арка, после нее посты, где проверяли документы и разрешения в погранзону. Цепляем Сергея с Пашей, они уже пару часов ждут нас в тени, оправляются после отравления.

Кулёб — на центральной
площади с Хайямом
Перевал Шуробод Кишлак Шуробод

Поужинали в ошхане в одноименном с перевалом кишлаке и немного спустившись вниз по ущелью, встали на ночлег в его боковом отроге, по которому бежит горный ручей. Местность после седловины сделалась намного симпатичней. Поужинали. Внезапно я почувствовал ухудшение самочувствия, похоже, отравление дыней дошло и до меня. Колбасило всю ночь, метался в жару, в ознобе, в полубреду.

ЧАСТЬ II. ДОЛИНА ПЯНДЖА ВДОЛЬ АФГАНСКОЙ ГРАНИЦЫ

16 июля
Шуробод – Хирманджой – Зиган

60 км, средняя 12 км/ч, набор высоты 550 м, ночевка на высоте 1000 м
утро: +22 ясно, день: +40 ясно, вечер: +28 ясно

Недоброе утро. Расколбас мой продолжился, ну, вы понимаете что такое отравление, но у нас поход, у нас задачи, у нас график, к черту тошноту, нужно ехать. С этой стороны Шуробод круче, несемся вниз-под вой дымящихся от перегрева тормозов. Что там впереди? Широкая долина, на дне которой лентами вьется река. Пяндж! Горы впереди — Афганистан! Вау, как красиво. Природа радикально изменилась, мы у ворот Памира! Асфальт закончился, пошла каменистая дорога. Останавливается побитая Нива, нас угощают арбузом. Какие здесь прекрасные люди! Мой очередной пробой, налетел на камушек, «готовы» оба колеса, клеюсь. Спустились по серпантину вниз, проезжаем кишлак Хирманджой.

На всем участке дороги вплоть до Рушана перевал Шуробод является среди местных своеобразным мерилом крутизны дороги и на наши вопросы о следующем участке тракта таджики отвечали — «нэт, нармальный дарога, нэ такой крутой как Шуробод» или «сэйчас будэт подъем, короткий, но сильно крутой, как Шуробод».

Над долиной Пянджа Мост через реку
Обиминьоу
Купание на реке
Обиминьоу
В гостях в кишлаке Яку

Остановились на речке Обиминьоу искупаться. Здесь в низкой долине, солнце в зените так раскаляет камни, что до них невозможно дотронуться. Как приятно погрузится в ледяную несущуюся с гор воду в полуденный зной! Но стоило отъехать с километр от живительной ледяной воды, меня опять начало развозить. Проклятая дыня не выпускала меня из тошнотворных объятий, а ребята нормально — восстановились. Далее расположен не значащийся по картам кишлак Якук. Решили набрать питьевой воды, что обернулось 2-часовым чаепитием в гостях у местного жителя в тени раскидистых деревьев. Мужик отпаивал мой потрепанный отравлением организм зеленым чаем и, в общем-то, привел его в порядок. Еще чувствовалась слабость, но я уже мог нормально продолжать путь.

Памирский тракт Афганский берег Водопад на афганской
стороне
Памирский тракт

Ущелье сузилось, справа ревел в порогах Пяндж, а дорога узкой лентой петляла по таджикской стороне, повторяя повороты реки. С афганской же стороны дорог нет, передвижение между селениями возможно только пешком или на ишаке по узким выдолбленным в отвесных скалах тропам, то взмывающим ввысь на скалы, то спускающимся прямо к бушующей воде. Такие тропы называют оврингами. Чуть позже в этом отчете я еще вернусь к теме житья-бытья на афганской стороне.

Солнечный день в ущелье закончился, наверху еще буйствовало светило, а дорога и река погрузились в глубокую тень от высоченных гор, принеся нам прохладу и сделав передвижение комфортным. Ужинали в ошхане в кишлаке Зиган. Отмечу, что Памирский тракт на участке Душанбе — Хорог с 2004 года отнюдь не безлюден, по этому участку летом идут фуры через перевал Кульма в Китай, в Кашгар. Неслабое умение надо прилагать памирским водителям, чтобы провести длинномерные телеги по такой дороге. Я уже не говорю о том, что асфальт тут только местами и порой такой, что лучше бы его не было, так тут еще и закрытые повороты, подъемы-торчки, сужения, каменные обвалы и броды притоков Пянджа до полуметровой глубины, а в одном месте водопад со скал льется прямо на тракт. Кстати зашибись местечко, мне понравилось. Проезжалось с разгону, причем был момент, когда практически ничего не было видно, а вокруг только льющаяся сверху ледяная вода.

Овринг на афганской стороне Водопад через тракт

В сумерках нашли обалденное место для ночлега, на ровной травянистой площадке, закрытой скалами от дороги и расположенной над трактом, с видом на Пяндж и афганский берег, с ручьем в 20 метрах. Поставили палатки, но я не удержался от соблазна лечь под открытым небом. Зачет!

17 июля
Зиган – Калайхум – Вишхарв

117 км, средняя 18 км/ч, набор высоты 675 м, ночевка на высоте 1450 м
утро: +25 ясно, день: +41 ясно, вечер: +17 ясно

Проснулся первым с рассветом. Это в палатке можно позволить себе давить на акселератор подольше, а уж если выбрал вариант спать под звездами, всегда просыпаешься с рассветом, начало дня будит. Потихоньку растолкал народ, оперативно попили чай и выехали. Завтрак решено было заказать в ближайшей по ходу движения ошхане. Таковая нашлась через 20 км после поста на въезде в Горно-Бадахшанскую автономную область (местные чаще называют ее ГБАО или Памир), где проверили паспорта, разрешения в погранзону, и записали всех в журнал. Живущие в Горном Бадахшане люди называют себя не таджиками, а памирцами.

Ночлег над Пянджем Привал С немецкими велотуристами Обеденный брэйк с гидромассажем

В этом месте начинается практически единственный на пянджском участке тракта асфальтированный 40-километровый участок, новая дорога, строили турки, ни ям ни кочек, идеальный асфальт. Ускоряемся, хотя периодически приходится пыхтеть на подъемах, мы понемногу набираем высоту.

Передохнули в кишлаке Паткуноб, до Кайлахумба и до соединения с плановой ниткой маршрута остается всего ничего, пятнаха километров. Местные говорят, что впереди нас белые люди на велосипедах. И точно, буквально через полчаса нагоняем велотуристов из Кельна, парень с девушкой, готовят обед в тени деревьев. Пообщались. Маршрут у них некислый, Кельн — Пекин, если кто не в курсе, что за города, скажу, что это очень далеко. Не просто далеко, а о-о-о-чень далеко. Они выехали из Кельна в ноябре 2008 г., планируемое время прибытия в Пекин — ноябрь 2009 г. Чумовой дальнобой, да? Наши 2-3 недельные походы по сравнению с этим как 1-дневная покатушка. Но — ребята не торопятся, дневные пробеги у них 40-50 км, да и техника — так себе. Хромолиевые байки с жесткой вилкой, альтус «по кругу» и т.п. С пониманием и одобрением немцы смотрят на наши рок шоксы, марзочии и диоры-икс-ти. Так кто все-таки живет в Германии и зарабатывает 4 куска евро в месяц? Я не понял… Парень работает программистом, говорит, год работаю, увольняюсь, год в походе.

Прощаемся с немцами и продолжаем приближаться к Кайлахумбу. В кишлаке Сангевнидароз купили огромный, килограмм на 10 арбуз, и остановились на мощном горном ручье с небольшим водопадом. Купание с гидромассажем освежило, а арбуз придал силы. Вот и Калайхумб. Вот та дорога, по которой мы должны были по плану спуститься сюда с Хабуработа, вот река Обихумбоу с зеленой водой, на которой мы должны были ночевать.

Памирский тракт Калайхумб Таджикские женщины Памирский тракт

Поскольку в Калайхумбе много ошхан, решили не откладывать, поесть здесь «по-взрослому», т.е. салат-первое-второе. Жрачка в ошханах без изыска, не сказать что шедевры кулинарного искусства, но можно нормально и пообедать и поужинать рублей за 50-80. На этом этапе похода нет смысла терять время на самостоятельное приготовление пищи, ошханы Вам в помощь.

За соседним столиком пьют пиво военные в камуфляже с автоматами. Подошел узнать как обстановка. И только задал вопрос, как раздался достаточно громкий хлопок, уж не выстрел ли? Вояки куда-то побежали, но через пару минут возвращаются, типа все нормально. А что было-то? — «да нэт, нармальна, афгани на свой сторона стреляль, разбиралься». Ни фига себе. Ребята эти — наркополицейские из Душанбе, ловят наркокурьеров, в день обязательно попадаются несколько человек. Говорят, в Афганистане специальные лагеря подготовки, учат афганцев-курьеров таджикскому языку (не так сложно, так как с афганским много схожих моментов), дают фальшивые таджикские паспорта, легенду типа «еду к родственникам в Душанбе», далее — незаконный переход границы через Пяндж ночью в месте, где нет порогов, и попытка передать по цепочке агентуры сумки с героином. М-да…

Выезжаем на тракт, хотелось бы до темноты проехать еще километров 20. В этот момент на афганском берегу раздается грохот, это явно не пистолетный и не автоматный выстрел, это что-то посерьезнее, видим как над скалами поднимается облако дыма. Ни хрена себе. Паша говорит, надо ноги делать, рулить из этого места как можно быстрее. Следующие 30 километров пролетели почти незаметно… А в следующем кишлаке Вишхарв оказалось, ха-ха, что страхи наши были не обоснованы — афганцы взрывают скалы, пробивают дорогу из одного кишлака в другой. Пообщались с учительницей русского языка, приглашала ночевать в гости, но мы предпочли искать место для палаточного лагеря.

Здесь это немного проблемно, потому что непосредственно на берегу Пянджа ставить палатки нельзя по правилам нахождения в погранзоне, хотя мест таких хватает. Были большие надежды на приток Пянджа под названием Обивисхарай. Темнело, а я кормил уставших ребят обещаниями — «сейчас, сейчас будет нормальное место для ночлега». Но, черт, козырное место облюбовали погранцы под заставу и лагерь здесь ставить тоже запрещено, командир заставы добро не дает. Впрочем, когда мы уже стали уезжать, начальник неожиданно разрешил разбить палатки на полянке на берегу речки, что мы и сделали. Погран наряд контролировал этот процесс. Между прочим, место оказалось не больно хорошим, и даже не по причине близости к заставе, а из-за того, что леденющий бурный Обивисхарай, разбивающийся о камни, работал в этом месте как водяной аэро кондиционер! На пригорке, в 50 метрах, +22 градуса, а у нас, блин, +14. То-то здесь трава такая пышная! Пришлось немного приодеться!

Сегодня все по курсу, с потерей Петра и поредевшей до четверых командой все стало по-другому, теперь мы примерно равны по силе, и как пел Высоцкий «первых нет и отстающих“, несмотря на незначительные различия, мы вкатились, едет уж не сброд, а команда!

18 июля
Вишхарв – Курговад – Даштак – Шипад – Дех – Вознавд

100 км, средняя 15 км/ч, набор высоты 1350 м, ночевка на высоте 1850 м
утро: +14 ясно, день: +42 ясно, вечер: +24 ясно

С утра аэро кондиционирование речкой продолжилось. Прохладно, однако. Только солнце, наконец-то пробившееся на поляну, согрело нас. Пьем чай, а Серега разбирает втулку заднего колеса — вчера были вопросы по втулке. Точно — половина шариков квадратные, масла нет. Делаем что можно — тасуем шарики, как колоду карт, набиваем густой смазки, может обойдется, раскатается. В 10 утра выехали. В аккурат к началу жары. Сегодня солнце хочет нас испытать на прочность, и через час берет планку “40». Но мы не сдаемся, педалим. Характер дороги все тот же, камни, пыль, но количество подъемов увеличивается.

Временами с поворотов дороги отчетливо видна жизнь «за границей», в афганских кишлаках и на оврингах. Афганцы пытаются общаться со мной, если громко, то удается переорать шум Пянджа, но толку от этого нет — я не понимаю по-афгански, они не понимают ни по-русски, ни по-английски, все ограничивается общими фразами «эй», «хей», «хай», «о», «хо» и жестикуляцией, но понятно, что настрой у самой гордой нации на земле дружелюбный! Таджики говорят, что афганцы в корне от них отличаются по менталитету — дикие, гордые, непокорные.

Ремонт втулки Афганцы Афганский кишлак Афганские женщины за работой

В полдень задолбались на подъеме к кишлаку Даштак, дорога в этом месте ненадолго покидает речку. Решили пообедать в ошхане в тени вишневых деревьев. Реально вишня, я довершил обед пригоршней мелких, но спелых черных ягод. Спуск к мосту через речку Ванч, здесь от тракта ответвляется тупиковая дорога, ведущая к леднику Федченко. Но пока что ледники далеки и солнце палит +44. Вода в реке мутная, останавливаться не стали. Пост, проверка документов, менты дружелюбны.

Ошхана в Даштаке
под вишнями
С ментами на Ванчском
посту
Афганское поселение
Джомарджи-Боло
На Памирском тракте
с американцем

От Ванчского поста достаточно утомительный подъем, 200 м набора, но на такой жаре чувствительно. Воображение рисует холодные прозрачные воды реки. Когда же мы встанем купаться? Пока такой возможности нет, вместо этого — встреча с американцем. Один из вело-психов, Пекин-Ашхабад на пол-года, хромолиевая рама, жесткая вилка, «альтус» по кругу, такая тема нам уже знакома. Говорит, в Китае дороги лучше чем в Таджикистане, кто бы сомневался, но мы же сюда как раз за этим приехали — за плохими дорогами. Смотрит на наши байки, говорит — икс-ти, это кул, мы знаем что кул, не лыком шиты. «Обрадовали» коллегу — в Тавильдаре война, талибы, талибы донт лайк Америка. Он знает, что донт лайк. Поэтому, друг, в Калайхумбе вертай лефт, и все будет ОК! Сфоткались на память, и поехали — мы на восток, он — на запад.

Американец сказал, что через 20 км будет хорошее место для купания в кишлаке Шипад, но когда мы его достигли, левая часть ущелья уже погрузилась в вечернюю тень, и купаться совсем не хотелось. Поели арбуз, купили в сельмаге 2 бутылки ликера с романтическим названием «Помир». Поперли дальше. Кишлак Дех — ужин в ошхане. Я был против, хотелось проехать засветло побольше, но ребята настаивали.

Во время ужина состоялся разговор с общительным таджикским дедушкой, который рассказал немного о жизни на афганской стороне. У него там дальние родственники, иногда ходит к ним в гости, нелегально. Это неудивительно, ведь периодически Памир находился под управлением афганского шаха. Я уже говорил о том, что на той стороне Пянджа нет дорог, так к тому же там нет электричества, водопровода, телевидения и еще много чего нет. В долине Пянджа еще как-то , а чуть дальше в горы есть селения, где, по его словам, люди не знают что такое деньги, ходят в бараньих шкурах и лечатся от всех болезней опиумом. Горло заболело — опиум, живот заболел — опиум. В этом месте афганские поселения совершенно изолированы от цивилизации высоченным хребтом Гиндукуш с юга и границей по Пянджу с севера, и даже не были подвержены нашествию «шурави» в годы советского военного присутствия в Афганистане в 80-е годы 20 века. Еще дедушка рассказывал о горной болезни, как ему ночью снились кошмарные сны в высокогорье на озере Булункуль, будто его кто-то душит. Но вы-то крепкие, все будет хорошо, удачи!

Скалы у кишлака Дех Пьянка — вино "Помир"

Место ночлега нашли за пару км кишлака Вознавд, на маленькой площадке под абрикосовыми деревьями, видимо, это чей-то участок, да простят нас сельчане, обязуемся ничего не попортить. Паша с Диманом поставили палатку, мы с Серегой не стали, потратил время на сбор спелых абрикосов, здесь его называют урюк. Вечер прошел на ура, хоть и не умеют делать вино таджикские виноделы, вкус «Помира» до боли напоминал известный вкус «трех топоров», но под абрикосы шло это пойло очень даже неплохо. И в этот момент Серега заявляет — «Пацаны, я с Вами на Бартанг не еду». Ни фига себе, вот это шок, вот это удар, так все было хорошо и я не ожидал подвоха. Последние пару дней Серега, хоть и крутил в полную силу, жаловался на неприятные ощущения в позвоночнике. И вот, усугубилось, прижало. Что тут сделаешь, оставляем окончательное решение до завтра, до развилки в Рушане, хотя я уже понял, что мы потеряли классного товарища по походу и останемся втроем…

ЧАСТЬ III. ДОЛИНЫ БАРТАНГА И ТАНЫМАСА

19 июля
Вознавд – Бахрушан – Рушан – Бартанг

95 км, средняя 17 км/ч, набор высоты 510 м, ночевка на высоте 2220 м
утро: +23 ясно, день: +34 ясно, вечер: +20 ясно

Выехали не поздно, часов в 9. Все бы хорошо, но тревожит мысль, что нас покинет Серега. На сложном участке похода предпочтительней было бы остаться сложившейся командой… После Вознавда с десяток километров идет интенсивный подъем, Пяндж бушует, после чего дорога выходит в широкую долину и выполаживается, а Пяндж успокаивается в разливах. Остановились пообедать. Разве я мог упустить возможность искупаться в Пяндже? Конечно же нет, не имел на то права. Вода мутная, ледяная. До афганского берега несколько десятков гребков. Наверное, как раз в этих местах переходят границу наркокурьеры. Пообедали — вермишель с тушенкой.

Дальше спокойно и без напряга катили по плоской долине до самого Рушана, на этом участке сохранился побитый советских времен асфальт. В Рушане я планировал подзарядить аккумуляторы к фонарям, фотоаппаратам и телефонам, но не судьба — электричество отключили, хотя базовая станция сотовой связи работает, отзваниваемся домой. Закупили продуктов, сколько влезло в сумки и еще раз пообедали.

Купание в Пяндже Долина Рушана Долина Рушана Перед развилкой на Бартанг

Допустили ошибку, не надо было рассказывать селянам, куда мы едем, а мы рассказали, что поедем по Бартангу, слух мгновенно разнесся по поселку, и через полчаса перед нами нарисовался маленький вертлявый мужичок — начальник дирекции заповедника Бартанг. Совал нам удостоверения, постановления, требовал купить билеты на посещение заповедника. Вот черт, что мешало сказать, что мы едем в Хорог. Я для уточнения позвонил в Душанбе, уточнил, правомерны ли поборы, ответили — да, тогда пришлось договориться с ним о проезде за четверть цены без официальных билетов, но «по записке» егерям. Впоследствии оказалось, что никаких егерей на Бартанге и в помине нет и никто нас не проверял. Был хороший лозунг в стране советов в 30-е годы — «Не болтай». Эх, можно было проскочить, сказав что мы едем в Хорог! Сердечно прощаемся с Серегой, он будет попутками выбираться отсюда на «большую землю». Жаль. Левый поворот, прощай на время Памирский тракт, здравствуй ущелье реки Бартанг, по которому нам предстоит подниматься 3 дня. Вначале здесь асфальт, который заканчивается где-то на 20-м километре без каких-либо надежд. Машин на этой дороге было мало, а если быть точней — одна (за полдня нас обогнала 1 рваная шестерка).

Начало долины Бартанга В долине Бартанга В долине Бартанга В долине Бартанга -
конец асфальта

Внезапно после поворота я почувствовал какой-то неимоверный прилив сил и энергии, как Миронов в «Бриллиантовой руке», когда он шел по морю к берегу. «Пшел вон, щенок!» Помните? И я попер, как ацкий танк. Мне были пофигу подъемы, броды, камни. Педали крутились сами собой, вилка глотала кочки, и я гнал по каменюкам как по хайвею. Ребята безбожно отставали. Наказал им, что буду ожидать в Бартанге. Ждал их в кишлаке почти час, за это время познакомился и пообщался с местными, подкупил продуктов, побывал в гостях, и даже немного подзарядил аккумуляторы к фотику — электричество здесь есть всегда, от маленькой местной электростанции на притоке Бартанга.

Брод в долине Бартанга В долине Бартанга

Встали на ночлег затемно километров 6 за Бартангом, на его мощном притоке под названием Баджудара, на широком галечном поле. Первый раз в этом походе почувствовали, что уходим от цивилизации, начинаются по настоящему дикие места. И это радовало на все 100!

 

20 июля
Бартанг – Басид – пер. Нишус (н.к. 2715 м) — пер. Виноз (н.к. 2732 м) – Япшорв

68 км, средняя 13 км/ч, набор высоты 835 м, ночевка на высоте 2510 м
утро: +20 ясно, день: +34 ясно, вечер: +20 ясно

Проснулись в 7 утра. Пока у нас в лагере глубокая тень, а вершины уже купаются в лучах солнца. Здесь, выше 2000 м, утречком уже свежо, еще не холодно, а в самый раз. Неспешно завтракаем, собираем шмотки, копаемся. Как могут крутые походники собираться в 1 час? Непостижимо. И ведь не сидишь на месте, ни минуты свободной нет, дела-деда-дела. Два часа сборов — достижение. Выехали.

Выше 2к метров уже считается высокогорье. По личным ощущениям незаметно начинаются коллизии, связанные со значительным снижением КПД организма. Сегодняшние километры для меня — не чета вчерашним. Они тянутся, как резиновые, цепляясь сотнями метров за начавшиеся стиральные доски, десятками метров за подъемы-торчки, метрами за броды ручьев. От утренней свежести не осталось и следа, опять жарит за тридцатку, сил нет, и в довершение к такой непрухе всего-то на 10-м километре от лагеря — прокол. Мля, руки чистые, бортовать эту пылюгу, тьфу, зараза. Заклеил заднее колесо, и через 100 метров — прокол переднего. Нет слов. Ребята тоже немного закисают, тяжело.

Река Биджравдара Где будем ночевать?

К обеду доковыляли до кишлака Басид. Болит голова. Перекус в сельмаге, айран, сладости. Местные жители очень дружелюбны. Так мало прошли за пол-дня, че за фигня? Покинули Басид, на дороге — завалы камней, непонятно, как пойдет дорога, по картам должен быть мост на другую сторону реки, и (о, как неохота переть в подъем) перевал Чадуд с набором трех сотен метров. Но моста все нет и нет, дорога продолжает петлять по правой стороне ущелья. Невольно бросаю взгляд налево на скалы — эх-ты, а дорога-то вооон-где высоко над рекой проходит по полке. Сверяюсь с картой — это и есть перевал Чадуд. А мы где? Не тупик ли? Да нет, дорога накатана и пошла — пошла — пошла, виден мост и слияние со спускающейся с Чадуда дорогой! Ха! Бартанг подарил нам бонус! Долой Чадуд! При низком уровне воды, как сейчас, он объезжаем «низом». Вот это замечательно, налегаем на педали практически по ровной, но держать скорость выше 17 км/ч по крупным камням не получается.

До темноты полтора часа, значит, логично будет заночевать перед кишлаком Япшоров в месте, где долина Бартанга расширяется. Значащийся по карте перевал Нишус берется совсем легко, набор высоты очень плавный и небольшой, Виноз чуть сложнее, но тоже прост. На спуске с Виноза Диман умудряется закопаться передним колесом в смесь песка с камнями и убраться через руль. Ободрался он несильно, а багажник — йок, лопнула трубка. Придется завтра с утра что-то маркетанить.

Встали на ночлег в неплохом месте, под горой, на ровной площадке, на травке, среди редких кустарников, колючих, как черт знает что. Пока Паша ходил на Бартанг за водой, я решил организовать костер. С большим трудом насобирал тонких веток кустарника, что было очень непростой задачей, шипы в несколько сантиметров, острые как иглы и прочные как сталь. Бился с розжигом, потратил лист бумаги, тучу спичек, кубометры воздуха из легких, а колючее царство никак не хотело разгораться. Ладно, нафик костер, дров на Памире нет, пора бы это усвоить и пойти спать!

21 июля
Япшорв – пер. Савноб (н.к. 2900 м) – Рухч – Бопасор – Гудара – долина Танымас

55 км, средняя 11 км/ч, набор высоты 1450 м, ночевка на высоте 3080 м
утро: +22 ясно, день: +32 ясно, вечер: +16 ясно

Выспались до 8 утра. Мы на солнечной стороне ущелья, поэтому с утра тепло. Готовим завтрак, наслаждаемся видами. В гости пожаловала делегация ребятишек с Япшорва. Ремонтируем диманов багажник спицей. Я уже применял такой метод в Азербайджане пару лет назад, очень крепко получается. Нужна немеряная сила, спица и хорошие плоскогубцы, а лучше пара.

Наш лагерь под Япшорвом Дети гор В долине Бартанга Плоскогорье Ташкурган

Первые километры сегодняшнего дня легкие — без существенного набора высоты, дорога менее разбитая. Проехали кишлак Япшоров, мост через речку Ляпназардара, которая берет начало с ледника Ляпназар и высящегося слева от долины одноименного пика. В кристально чистом памирском воздухе отчетливо видны снега. Горка серьезная — почти 6000 м. А небо синее-синее. Красиво!

Пара поворотов по ущелью, и впереди показалась следующая речка — Язгулемдара. Бежит с одноименного ледника, который сбегает с Язгулемского хребта. Еду первый, ребята в прямой видимости чуть позади. Дорога петлей уходит вдоль Язгулемдары, видимо выше по течению мост или брод, и возвращается по противоположному берегу. А напрямую — метров 100, не больше. Почему бы не срезать? Река бурная, но к устью (при впадении в Бартанг) бьется на несколько мелких рукавов. Снимаю велотуфли, вешаю их на рога руля, и веду байк по камням в брод.

Далее произошел веселый момент. На простом месте, форсируя второй рукав речки, потерял бдительность, ботинок соскочил с рога и на моих глазах понесся по течению со скоростью этак около 10 км/ч, вот это были незабываемые нервы, я понял что плохие новости и если я не переломлю ситуацию, то трандец. В мозгу включился режим автопилотирования, вижу себя как бы со стороны в замедленной съемке, хотя счет идет на секунды, вел летит в сторону в воду на неглубокое место, сумки мокнут и черт с ними, сейчас не это главное, 48-зубастая звезда рвет в кровь голень и это сейчас тоже не главное, а я как олень ломлюсь вниз по бурлящей воде, все решали мгновения… и вот я улыбаюсь холодным вершинам, прижимая к груди заветный туфель, партия спасена! Баран, т.мать.

Вернулся на грунтовку. Пацаны подъехали. — Что случилось? Да ниче, все нормуль, туфля чуть не ушла, а так все нормуль. Поехали дальше, вместе. А дальше легкий подъем и спуск к мосту, впереди кишлак, смотрю по карте. Нисур. Не туда. Прямо — тупиковая дорога к Сарезскому озеру, образовавшемуся в прошлом веке из-за грандиозного обвала, перекрывшего ущелье. Было бы время, заехали бы, но нельзя объять необъятное. Сейчас нам — левее, на перевал Ташкурган и далее вдоль Бартанга.

Зловредная вещь перевал Ташкурган. Затяжной крутой серпантин, вода закончилась на 4-ом витке, силы на 5-ом, а седловины никак нет. Отстаю, еле-еле 6 км/ч. Жесть. Вполз. Отсюда шикарные виды. Дорога меняет характер, очень плавный спуск по пустынному плоскогорью, слева дом, пхоже на метеостанцияю. А затем дорога буквально подрывается вниз, в пропасть, обратно к Бартангу, оставляя справа кишлак Савноб. Стонут и дымятся тормозные диски, весь набор высоты — долой.

Пик Ляпназар 5990 м Кишлак Савноб В долине Бартанга Таджички кишлака Рухч

Опять проще — вдоль реки. После кишлака Рухч шикарное место. В этом месте чистые ручьи пересекают дорогу, меж ними островки альпийской травки. Встали на гранд-привал, обед, купание и стирку белья. Начали есть сублиматы. Вкусно. Часа 2 простояли.

Начало участка с огромными черными камнями. Величественно и красиво. Встречный таджик весь в черном, издали похож на колдуна, на злого волшебника. А небо, я уже сегодня восхищался, синее-синее! Вулканическое плато завершилось безымянным перевалом. По карте не обозначен, по ощущениям — перевалище. На солнце по-прежнему жара, хотя тут высота под 3к. Устали.

Тяжело… минута отдыха Град-привал у кишлака Рухч В долине Бартанга На безымянном перевале
у Гудары

Спуск к кишлаку Бопасор. Приглашение на чай пришлось очень кстати. Побывали в традиционном памирском доме. Необычно. Хозяин нас и накормил, и напоил. Живут люди в основном животноводством. Через полчаса въезжаем в Гудару. Это последний кишлак в ущелье Бартанга, дальше нам предстоит полностью автономный участок. Магазинов здесь нет, но есть пара домов, куда коммивояжеры раз в месяц завозят минимальный набор продуктов. Купили печенье и здоровый пакет черного чая «Памир» иранского производства.

Пик Кудара 5735 м Традиционный памирский дом
в Бопасоре
Кишлак Гудара Чай «Памир». Сделано
в Иране

Выше Гудары машины ездят крайне редко, раз в месяц, а то и реже. Дорога здесь подойдет разве что для ГАЗ-66 и подобных машин. На генштабовской километровке зловещая надпись «во время таяния снегов река разливается во всю ширину долины». Но дед на выезде из села успокаивает — уровень воды в реке в норме. Сказал, что будет хорошее место для ночлега через 5 км. Мы теперь будем подниматься по долине другой реки, которая называется Танымас.

Странно, но после Гудары меня опять «поперло“, еду без усилий. Тут очень сложный участок, подъем, крупные камни, которые в сгущающейся вечерней темноте видны не очень хорошо. Опережаю Пашу и Диму, ухожу в отрыв. Жажду найти место для ночлега. Начались отдельные деревца, а через несколько минут — ручей и отличное место для лагеря. Пока подъехали ребята, я уже успел поставить палатку! Прохладно, под чаепитие одели ветровки. Ночью пришлось закутываться в спальник, было меньше 10 градусов.

22 июля
долина Танымас – пер. Кокджар (н.к. 3760 м) – пер. Аильутек (н.к. 3795 м)

46 км, средняя 9 км/ч, набор высоты 850 м, ночевка на высоте 3770 м
утро: +14 ясно, день: +24 переменная облачность, вечер: +6 ясно

Замечательная погода — отличительная особенность Памира. Ослепительное солнце, бездонное синее небо и кристально прозрачный воздух. Летом здесь почти не бывает дождей. Неоспоримый плюс для велотуризма. Утром свежо, но как только солнце пришло в лагерь, можно раздеваться. Пока завтракали и собирались, мимо лагеря в сторону Гудары проследовала процессия груженых дровами ишаков. Дорога по долине Танымаса идет с незначительным набором высоты, а вот ее характер меняется, то укатанная и явная, то теряющаяся в рытвинах и галечных полях. Километры даются непросто, явное влияние высоты. Очередной прокол, боже, как меня достали эти шины.

В долине Танымаса Заготовка дров Очередной прокол В долине Танымаса

К обеду достигли подножия перевала Кокджар. Скорее это не перевал, а подъем из долины на Памирское плато. Перевал дался тяжко, шли на пределе. Здесь очень крутой подъем, улон под 20%, около 15 витков серпантина, с которых открывается неплохой вид на долину Танымаса. Как на ладони. Река в этом месте необычно бьется на десятки рукавов по плоскому дну долины. Отсюда ровно 20 км до огромных ледников Грум-Гржимайло и Танымас, с которых и зарождается речка.

В долине Танымаса На перевале Кокджар Верховья реки Танымас

Неожиданно подъем заканчивается и мы оказываемся на плато. В грудь ударяет ледяной ветер. Брод реки Уручбулок — промочили насквозь туфли. В этот момент начинает бить дрожь от холода, и немудрено, всего 6 градусов тепла. Слева от дороги кошара. Попросились погреться к таджикам в шатер. Здесь пасет скот семья из Бопасора (тот кишлак где мы вчера пили чай). И опять душевный прием — чай, лепешки, айран, сыр. Отогреваемся у печки-буржуйки. Хозяин рассказывает, что его кошара — последнее таджикская. Дальше киргизы. Весь северо-восточный Таджикистан населен преимущественно киргизами.

Заночевали на берегу речки Кальтатур, у подножия почти незаметного перевала Аильутек. Холодно. Еще и ветер не стихает. Ночь была с заморозком.

ЧАСТЬ IV. ПАМИРСКОЕ ПЛАТО

23 июля
пер. Аильутек (н.к. 3795 м) – долина Кокуйбель – долина Музкол

62 км, средняя 12 км/ч, набор высоты 350 м, ночевка на высоте 4015 м

утро: + 14 ясно, день: + 7 переменная облачность небольшой снег, вечер: +2 дождь

Как ни странно, когда проснулись, было относительно тепло. Опыт следующих дней подтвердил теорию — ледяной ветер на плато начинается после полудня, а утром Памир дарит путникам штиль и прекрасную погоду. Поразительно, но завтрак мы провели в майках, и были сомнения, как выезжать, в штанах или в шортах, а то не дай бог спаримся от жары, но через полчаса в момент порывы холодного ветра пригнали тучки и посыпала снежная крупа. Стало явно не до маек и плавок.

Под перевалом Аильутек Река Кальтатур Пустыня Аильутек Ориентирование на плато

Мы продолжали движение по сухой пустыне Аильутек. Ехать здесь было бы относительно просто, если не брать в расчет аспект высокогорья. Но что за черт, от нагрузки очень неприятные ощущения. Подъема нет, дорога терпимая, а каждый проворот педалей отдается болью в голове, ознобом, слабостью. Каденс 65, и здесь это предел! Проехали всего 20 км, а усталость, как от двух сотен. Офигеть. Думал, что я не подвержен влиянию горной болезни, до 3800 м и сейчас, и в прошлые походы было все ОК, а на 4000 м начались проблемы. Ребята тоже жалуются на слабость, но в целом они чувствуют себя нормально, а мне худо. Глотаю Пашины колеса от давления, еще от чего-то , может, поможет.
Вскоре впереди показались снега хребта Зартошкол, а дорога вышла с поворотом налево к зеленой змейке альпийского луга, вьющегося воль реки Кокуйбель. Жаль что не вечер, здесь место для образцово-показательного лагеря на травке. Встали обедать. Падаю замертво на коврик. Успокаивающе шумит речка, выглянуло солнышко. Без нагрузки самочувствие быстро восстанавливается. Поели сублимированные продукты. Было бы лишнее время, встали бы здесь полюбас. Но времени не, увы…

Привал на реке Кокуйбель Привал на реке Кокуйбель На Памирском плато На Памирском плато

После привала мост на другой берег Кокуйбеля, после простого брода ручья дорога уходит от реки в сторону озера Кара-Куль. В этих краях огромные пространства плоского НИЧЕГО. Коричневая каменная пустыня. Просторы. Пространства. Воля. Места зачетные. Меня долбит горняшка, теперь нет сомнений что это именно она, уговариваю себя — Костян давай, дави. Скорость 12 км/ч, бьет озноб. Слева должно быть соленое озерцо Курункуль, но с дороги его не видно. Простой брод речки Муксу.

5-минутный привал на развилке дорог. Левая пошла на Джингажир и к долине реки Акджилга, правая — вдоль реки Музкол к тракту. По первоначальному плану похода нам налево, но поворачиваем направо. Не удалось нагнать полтора дня, потерянные из-за объезда воюющей Тавильдары через Кулеб, поэтому решаю в этой части упростить маршрут. Именно упростить, ибо расстояние через планировавшийся перевал Карачим и по тракту примерно одинаковое, но здесь несоизмеримо проще и мы должны нагнать график к кыргызской границе.

Встали на ночлег у брода через реку Музкол. Мы находимся на плато в закрытой со всех сторон горами котловине озера Кара-Куль, считающейся самым сухим местом на Памире. Но погода решила учудить, пришли явно дождевые тучи, а когда я вылез в полночь по малой нужде из палатки, уже сыпал мелкий ледяной дождь, на улице было мерзко. Под утро проснулся от холода, шум капель по тенту палатки сменился шорохом, понятно — идет снег.

24 июля
долина Музкол – озеро Кара-Куль – пер. Уйбулок (н.к. 4210 м) – Маркансу

82 км, средняя 16 км/ч, набор высоты 450 м, ночевка на высоте 4100 м
утро: + 8 ясно, день: + 18 переменная облачность, вечер: 0 ясно

Как я уже писал выше, утрами Памир дарит замечательную погоду, и только лед на тенте палатки напоминает о ночной непогоде. Впрочем, и он быстро растаял. Когда солнце и нет ветра, здесь, на плато, очень комфортно. И самочувствие замечательное! У ребят тоже. Позавтракали, выехали. Брод реки Музкол. Через 8 км выехали на Памирский тракт. Асфальт, и неплохой. Впереди, почти на горизонте, синеет озеро Кара-Куль. А по обочине тракта во множестве растут удивительные желтые и сиреневые горные цветы.

Жизнь мила, катим немного под горку, задул ветерок в спину, 25 км/ч, без проблем. Справа от тракта ветер раскачивает на ветру ржавые железяки укреплений бывшей границы СССР с Китаем. Почему бывшей? Теперь это тоже граница, но таджики забили на ее охрану и содержание. Погранзаставы заброшены, колючая проволока порвана, ворота в Китай открыты. В отличие от афганского участка на Пяндже, здесь мы не встретили ни одного пограничника. Другое дело, что путь в Сянцзань-Уйгурский автономный округ лежит через труднопроходимые перевалы Сарыкольского хребта. Так не податься ли нам в Китай? Нет, не в этот раз!

Пик Карасак 5747 м Лагерь на берегу реки
Музкол
Памирский тракт — цветы
на обочине
Таджико-китайская
границ

Дорога вплотную подошла к берегу Кара-Куля. Свернули с дороги, по засоленной земле подъехали прямо к воде. Вблизи она не синяя, а мутно-зеленая. При желании можно было даже искупаться, но настрой был не купабельный. Вернулись на тракт, который привел нас к поселку Кара-Куль. Пара десятков облупленных одноэтажных хибар, магазина нет. Заехали по указателю “Home Stay», здесь типа гостиницы для туристов. Встречаем парочку русских, австрийцев из Вены и француза-велотуриста. Пообедали, попили чай и тронулись дальше.
Начался встречный ветер. Ветер с большой буквы. Скорость упала. В таких сложных условиях начался подъем на перевал Уйбулок, отделяющий котловину Кара-Куля от долины смерчей Маркансу. На спуске с перевала ветер невидимой рукой буквально держит, не дает разогнаться больше 15 км/ч. Здесь, в Маркансу, всегда сильнейшие ветра, которые поднимают в воздух пылевые смерчи. Раз смерчей мы не видели, значит ветер бывает еще сильнее.

На берегу озера
Кара-Куль
Ветреная пустыня
Кара-Куль
«Стиральная доска»
в долине Маркансу
Ужин в палатке — на улице
лютый мороз


По окончании спуска закончился и асфальт. Вот этого мы не ожидали. Дорога сделалась мерзопакостнейшей — стиральная доска. На пару с ветром они не давали нам нормально продвигаться. Еле едем, меньше 10 км/ч. Начался подъем в перевал Кызыл-Арт. Вечереет и мы ищем место ночлега. Вариантов здесь, в пустыне, не так много, и мы встали на берегу почти пересохшего ручья Коксай. Дубак на улице жестокий, ледяной ветрище и около ноля, ребята даже не стали ужинать, скрылись в палатке. Я же вскипятил воду, развел сублиматы. Ел в палатке. Ночью был мороз. Самая высокая ночевка похода.

ЧАСТЬ V. ЗААЛАЙСКИЙ ХРЕБЕТ И АЛАЙСКАЯ ДОЛИНА

25 июля
долина Музкол – пер. Кызыл-Арт (н.к. 4336 м) – Сары-Таш – Сары-Могол – Ачик Таш

97 км, средняя 18 км/ч, набор высоты 450 м, ночевка на высоте 3100 м
утро: + 10 ясно, день: + 24 ясно, вечер: +14 ясно

Утром тепло, солнечно и тихо. быстренько позавтракали, и к 10 утра подкатили к таджикскому погранпосту. Очередь из нескольких машин. Так не хотелось терять время на пограничные премудрости и досмотры, на сегодня было громадье планов, которые хотелось выполнить засветло, поэтому я пошел к начальнику поста «решать вопрос», зажав в кулак уже не помню сколько (немного) сомони. Через 15 минут с печатями в паспортах покидаем гостеприимный Таджикистан, а еще через полчаса стоим на седловине перевала Кызыл-Арт. В переводе с тюркского «Красная поклажа». Так и есть, земля здесь красноватого цвета. Мы пересекаем Заалайский хребет в самом низком месте.

Фотографируемся и пошли на 30-километровый спуск в Алайскую долину. Дорога вначале ужасная, колдобины, промоины и т.д., но чем ниже, становится все сносней, а через какое-то время начинается асфальт. На выходе из ущелья киргизский погранпост и очередь. Черт. Автомобилисты из Оша говорят, что часа на 2-3. Опять иду с паспортами «решать вопрос» к начальнику заставы. Мужик, хоть и неприступный с виду, выслушал, понял нашу ситуацию и молча проштамповал паспорта. Не хотел брать деньги, которые я ему совал.

Лагерь под перевалом
Кызыл-Арт
На перевале Кызыл-Арт Мост через реку
Кызыл-Суу
В Алайской долине

После 7 дней радиомолчания появляется сотовая связь, отзваниваемся домой, что все хорошо. Продолжаем спуск на скорости 35-40 км/ч в долину до моста через речку Кызыл-Суу. Как и земля, вода в ней красного цвета, что на 100% соответствует названию — «красная вода». Сама Алайская долина представляет собой широченную степь цвета хаки, ограниченную зубчатыми снежными грядами Заалайского и Алайского хребтов. Фотографируемся на фоне красивейших пейзажей.
Заалайский хребет является непрерывной чередой высочайших пиков. Слева направо: Отчайло 5820 м, Курум-Тор-Таг 5788 м, Заря Востока 6349 м, Курымды 6613 м; далее следует прогал, с которого мы спустились, т.е. перевал Кызыл-Арт, после чего цепь вершин продолжается: Корженевского 6008 м, Кызылагын 6683 м, Эстония 6202 м, Ленина 7134 м, Дзержинского 6716 м, Красина 5999 м и так далее, еще очень много 5 и 6 тысячников. Потрясающе!

После моста через Кызыл-Суу развилка — тракт уходит направо, а налево уходит дорога по Алайской долине. Нам налево, но мы решили заскочить на часок в поселок Сары-Таш в 2 км от этой развилки, поесть, поменять деньги и купить продуктов. Что оказалось очень непростой задачей. Поменять таджикские сомони на киргизские сомы удалось с большим трудом у проезжих путешественников. Поели в кафе. Около входа припаркован байк француза-велосипедиста, которого мы видели на Кара-Куле, наверное, он обогнал нас, когда мы спали в Маркансу. Еще попался голландец из Амстердама, говорит дерьмо ваши переключатели, системы и кассеты, демонстрирует втулку заднего колеса с авто переключением скоростей. Говорит, вещь, ни забот ни хлопот. А у меня хлопоты — опять чертов прокол, заднее колесо пустое. Пока я клеил камеру, Паша изучал мой мавиковский обод, и вдруг протягивает его мне — крякнул обод. Не может быть! Ах ты зараза! Трещинка продольная от ниппеля по внутреннему ободу. Скорее всего, насадил ее, когда долбанулся о каменюку на спуске к Пянджу. Что делать, уповаю на то, что пока трещинка небольшая и не пойдет дальше.

Закупились продуктами и двинули по долине. Ветер в спину, вначале был асфальт, потом пошел грейдер. Довольно быстро доплюхали до деревни Сары-Могол. Отсюда должна начинаться кратчайшая дорога к базовому лагерю «Луковая поляна» под пиком Ленина, куда мы и направляемся. Вот и дорога, мост через всю ту же Кызыл-Суу, странно, у меня в голове крутилось что должен быть брод, из-за чего кратчайшей дорогой редко кто пользуется, все едут вкруговую через Кашка-Суу. Оказалось, я все напутал, но об этом после. Мост, так мост.

Грейдер Сары-Таш — Дарот Коргон Пик Кызылагын 6683 м Дорога к пику Ленина

Грунтовка пошла в легкий подъем к цепи исполинских гор, одна из этих вершин и есть пик Ленина. Кажется, что можно доехать до их подножия за полчаса, но это оптический обман, туда больше 30 км по сложной дороге с подъемом. Надо вставать на ночлег где-то здесь. По карте чуть правее должна быть речка Ачик-Таш, может на ней попробовать встать? Навстречу попался уазик с киргизами и водитель подсказал, какой дорогой (а их здесь в степи оказалось ой как много) поехать чтобы выйти к речке. Тем временем стемнело. Проехали кошару, где попросили молока и были осчастливлены, вышли на широкое галечное поле, по которому течет Ачик-Таш. По камням было видно, что река постоянно меняет русла, поэтому, несмотря на требования ребят встать здесь, на гальке, я из соображений безопасности заставил всех двигаться выше по течению и встать на холме. Забегая вперед скажу, что решение это было оправдано — наутро по месту, где хотели встать, бежал поток воды. Глинистой воды цвета кофе с молоком, на которой мы готовили ужин и завтрак. Ночь теплая, после лишений на плато в Алайской долине просто тепличные условия.

26 июля
Ачик-Таш — альплагерь Луковая поляна

25 км, средняя 7 км/ч, набор высоты 500 м, ночевка на высоте 3500 м
утро: + 18 ясно, день: + 26 ясно, вечер: +12 ясно

День обещал быть легким. Я планировал, что к обеду наша команда доберется до базового лагеря альпинистов. Но не тут-то было. Позавтракали и выехали в надежде найти грунтовку, которую мы вчера потеряли, выбирая место для лагеря. Полчаса блуждания по холмам ничего не дали. Справа галечное поле Ачик-Таша, а здесь — проклятые холмы без конца и края и никаких дорог. Решаю идти напрямик. Медленно передвигаемся вдоль берега Ачик-Таша, по холмам, по камням, по траве, снова по холмам, изредка удается сесть в седло и дать 6 км/ч, но ездой это не назовешь. Впереди стали видны столбы линии электропередачи, наверное там дорога. Ломимся по склону, я выбегаю вверх, это действительно дорога, да только она уходит влево, а впереди видно что речка упирается в отвесные склоны ущелья, а это значит… проклятье… это значит что по этому берегу дороги нет, и нам надо бродить Ачик-Таш.

Разбросанные мысли в голове сложились в цельную картину, вот о какой речке писали в отчетах, что сложный брод, а вовсе не о Кызыл-Суу, через которую мост. Даже не подходя близко к воде, мне было понятно, что перейти реку в этом месте, где вода несется с бешеной скоростью, делясь на 2-3 рукава, мало реально. Но не возвращаться же вниз, к месту ночлега, где поток бьется на десяток рукавов, это же потеря как минимум 3-х часов, да и не факт, что там брод легок. Что ж, будем пробовать перейти Ачик-Таш здесь.

Спускаемся к воде. Пробую в 3-х разных местах нащупать брод, но тщетно. Максимум — зайти по колено, глубже невозможно, вода сбивает с ног. Паша немного дал слабину — «Да ладно, давайте вернемся вниз, в кишлак, там отдохнем, да и уедем, не попали к пику Ленина, так что же сделаешь». Диман молчит. Я Вам щас дам кишлак, что же, плетками гнать? Надо искать выход, как прорваться!

Мы брали 30-метровый репшнур, да только проку от него.. где непроходимо, там непроходимо, что с веревкой что без. В результате через ревущий мутный поток мы переправились только благодаря помощи кыргыза с ближайшей кошары с велами наперевес на лошади, вот это была жесть, очканули по полной программе, если бы лошадь оступлась хоть раз то трандец. Уже после переправы сам кыргыз сказал - «Ребята, опасно было». Хорошо, что лошадь не подвела, она с детства обучена бродить правильно эту речку, так как пасется на другой стороне.

PS А репшнур мы подарили пастухам на алайской кошаре — ишака привязывать -:)

Лагерь над Ачик-Ташем Кофе с молоком? Мост через реку Кызыл-Суу Дорога к пику Ленина

Вышли на правильную дорогу, накатанная грунтовка, резкий подъем, я отстаю. Видим впереди разноцветные палатки, юрты. Нашли все-таки! Альплагерь на фоне белой громады пика Ленина впереди. Быстренько договорились о ночлеге и питании в одной из юрт. Если кому пригодиться — хозяин семьи Умарбек тел. +9960772121528. Покушали, жахнули пива, и не теряя времени, договорились с сыном хозяина Уларбеком о проброске машиной к тропе на перевал Путешественников. Был уже шестой час вечера и пешком мы не успевали туда засветло. Разбитой нивой нас добросили до Луковой поляны. Раньше альплагерь был здесь, но несколько лет назад по требованию экологов его сместили на несколько км вниз по ущелью, чтобы туристы не вытаптывали лук. Название поляны не пустое, самый настоящий горный лук растет здесь в изобилии!

Релакс в альплагере Горный лук на Луковой поляне Шаг на снег К перевалу Путешественников

Паша с водителем остались у машины, а я, Диман и Уларбек начали подъем по тропе. Дошли до неприглядного водопада. Уларбек говорит — надо возвращаться, скоро начнет темнеть. Да, сейчас мы вернемся, чуть-чуть еще поднимемся, 15 минут. Он пошел вниз к машине, а мы с Диманом галопом бежим…чуть-чуть вверх… на перевал. Начинаются снежные поля, тропа крутыми петлями взбирается вверх. Это издали (на фоне пика Ленина) перевал видится маленьким гребешком, а вблизи он — ого-го. Запыхались в хлам, но влезли. 4100 м. Отсюда виден язык ледника Ленина и собственно сам пик во всей красе, в розоватых лучах заходящего солнца. Какое же здесь все огромное, чувствуешь себя несчастной песчинкой! Галопом спускаемся обратно. В час с копейками уложились. Уларбек отнесся с пониманием.

Ледник Ленина Пик Ленина в лучах заката В юрте Умарбека

Вернулись к юрте, ужин, баня. Уставшие, провалились в здоровый сон.

27 июля
альплагерь Луковая поляна – Кашка-Суу – Кызыл-Эшме

75 км, средняя 16 км/ч, набор высоты 300 м, ночевка на высоте 2700 м
утро: + 16 ясно, день: + 28 ясно, вечер: +19 ясно

Звонит будильник, значит готов завтрак! Полюбовались последний раз на пик Ленина. По направлению к нему с утра знатный движняк евротуристов — альпинистов. А мы уезжаем. Насовсем. Уларбек сказал что в Кашка-Суу есть две дороги, нижняя и верхняя, и лучше ехать нижней, более накатанной. Так и сделаем, спрашиваем дальше про дорогу на ту сторону Алайского хребта от Дарут-Коргона, этот вопрос нас интересует больше всего, поскольку я при подготовке к походу не нашел ни одного свидетельства о ее состоянии. Уларбек ответил, что путь через перевал Тенгизбай начинается не в Дарут-Коргоне, как значится по картам, а в селе Кызыл-Эшме, за 7 км до Дарута. Он сам оттуда родом. В конце 80-х годов там было нормально, проходили ГАЗ-66, а 10 лет назад он с большим трудом проехал этот путь на мотоцикле, с советских времен дорогу перестали ремонтировать и она разрушается. Как там сейчас, не знает, если мосты не попадали, то может быть проедете. Да, ребус. Рискнем.

Достаточно бодро доехали под горку до Кашка-Суу, здесь мост через Кузыл-Суу, пересекаем ее уже в третий раз в нашем путешествии. Выехали на грейдер к Дарут-Коргону. Началось! Ветер в морду, дорога сделалась стиральной доской. Едем по сухой степи, 12 км/ч. Пока доехали до Кызыл-Эшме, задолбались. То по правой стороне грейдера едешь, то по левой, то по центру, выбираешь где долбежка от кочек меньше, а на самом деле и так и так плохо. И ветрюга проклятый только усиливается. И покрыхи колются и колются! Вода заканчивается!

Пик Ленина 7134 м От пика Ленина У киргизской юрты Грунтовка на Кашка-Суу


Фух! В Кызл-Эшме отдыхаем у сельмага. Зарубали арбуз, докупили продуктов, конфет. Про дорогу никто ничего конкретного сказать не может. Была, да, а как сейчас не знают. Проезжаем село, дорога пошла в гору. Пока укатанная грунтовка. Встали на ночлег, отъехав километра 3 от последнего дома, на мощном роднике, дающем начало ручью. Пока ставили палатки, с кишлака приехал мужик на мотоцикле, набрал два больших бака и сказал что это самая лучшая вода. А место здесь отличное. Лужайка сочной зеленой травы в уютном закутке ущелья. Вечер теплый.

ЧАСТЬ VI. ВЫСОКИЙ АЛАЙ

28 июля
Кызыл-Эшме – пер. Тенгизбай (н.к. 3890 м) – верховья реки Тенгизбай

35 км, средняя 7 км/ч, набор высоты 1200 м, ночевка на высоте 3300 м
утро: + 22 ясно, день: + 2 снежная крупа, дождь, вечер: +1 ясно

Теперешнее наше убежище чем-то напоминает Урал и совсем не вяжется с сурово-величественными пейзажами, сопровождавшими нас почти весь поход прежде. Успокаивающе журчит ручеек, тишь и покой, а зона обзора включает в себя только невысокие ближайшие скалы. Выехали чистые, постиранные, выспавшиеся и отдохнувшие. Дорога внушает оптимизм — накатанная каменистая грунтовка.

Через 3 км дорога вышла в промежуточную долину. Всматриваемся в генштабовские карты, ничего не понимаем. Прямо — перевал Джангы-Джер, его высота не менее 4300 м и он мега крутой, судя по горизонталям, чуть левее такой же высокий перевал Шиман 4200 м, а Тенгизбай остается сильно левее, пунктира дороги к нему нет. Как же мы на него попадем? Или не попадем? Ладно, дорога пока одна, едем по ней. Проехали брошенную ферму. Впереди нарисовался серьезный серпантин. Уклон 15%, ползем вверх. Облачность увеличивается, это плохо, на перевал сто пудов натащит дождь. Ба, а дорога-то и впрямь была когда-то не просто горной грунтовкой, а настоящей автодорогой. На поворотах серпантина — покосившиеся бетонные ограничительные столбики, ржавая труба — а ведь это был в свое время дорожный знак!

Тепличный ночлег Впереди — высокий Алай! Перевал Шиман-Бель
3500 м
Подъем на Тенгизбай

Выгребли наверх. Дорога продолжается по узкой террасе на осыпном склоне. Километровые пропасти, замечательные виды. Стремительно холодает. Над вершинами материализовались явно дождевые тучи. Весь вопрос, как быстро нас накроет. Опять штудирую километровку. Вот он, есть на ней серпантин! Куда же дальше? Если на Шиман, то жесть, сейчас пойдет почти отвесный подъем. Дорога пошла вниз!? Пара поворотов, терраса сужается, начались завалы. Для проезда осталась узкая козлиная тропка. Радует то, что натоптана, значит перевал каким-то образом проходим. Высота 3500 м, еще спуск, неужели преодолели и карта неверная? Еще поворот, фау! Какой нафик вниз, сколько хватает глаз, продолжается подъем по террасе. Завалы, завалы, завалы.

Вдали, сзади, через Алайскую долину, видны далекие пики ЗаАлайского хребта. До них по прямой порядка 30-40 км и примерно с этой точки увидел их в первый раз в позапрошлом веке путешественник-первооткрыватель этих мест Федченко, когда шел со стороны Ферганской долины через перевал Тенгизбай. Но теперь по карте отчетливо прояснилось, что «наш» перевал называется Кой-Джал, высота по альтиметру 3890 м. Я не стал менять название в нитке маршрута, потому что чуть позже мы выяснили у пастухов, что в 21 веке во всей округе Тенгизбаем называют именно этот перевал, а по «старому» Тенгизбаю никто даже не ходит. Хотя вопрос не стоит и выеденного яйца, потому как от Кой-Джала до Тенгизбая всего 2 км. Пишу ориентировки подробно для тех, кто вдруг рискнет поехать этой дорогой. А оно того стоит!

Подъем на Тенгизбай Непогода на Тенгизбае Серпантин на спуске с Тенгизбая Ужин! Баранина!

Впереди показалась (хочется верить) седловина, и в этот момент нас накрыло. Рванул ветер, сыпанул мерзкий ледяной дождь вперемежку со снежной крупой. Мы с Диманом пытались переждать в скальном гроте, но тщетно, непогода не унималась. Пес с ней, надо ехать, сидеть и ждать погоды еще холоднее. Переваливаем на ту сторону. Тут еще круче — вниз пошел серпантин, сквозь дождь далеко внизу видна ленточка реки, это река Тенгизбай.

Виток вниз, второй, третий, четвертый… руки деревенеют от холода, только бы не пробиться. Дорога терпимая, но на скорости 30-35 км/ч крупные камни могут сыграть дурную шутку, только бы не пробиться… я знаю, что такое бортоваться на такой холодюге, главное не пробиться…. П-ш-ш-ш… Твоюмать. Камера запасная дырявая, было в лом ее клеить вчера. Твоюмать. Как клеить на дожде? Твоюмать. За что??? Твоюмать.

Чудом заклеил камеру, спасибо ребятам, помогли найти дырку, держали пакет для защиты от дождя над действом. Руки чужие, зубы отбивают барабанную дробь. Пытаюсь натянуть мокрые перчатки — тщетно. Эх, сейчас бы в душ! Пальцы ничего не чувствуют, путаются в вывернувшейся наизнанку внутренней подкладке стареньких лыжных перчаток. В горячий душ! Проблема, не лезут пальцы, хоть что делай. Или в ванну огненную! Да пропади они, эти перчатки, срезаю ножом подкладку долой. Поехали.

Дождь закончился, темнеет. Надо вставать. Справа от дороги палатка чабана, а чуть дальше неплохое место — травяной лужок над ущельем реки, в этом месте она круто падает вниз. Спросил разрешения у сидящего у костра пастуха, тот показал место, где лучше встать, и пригласил к костру. Подошел второй пастух — ??? — внешность у него странная, не киргизская. — Здорово, мужики! Саша! Русский! Пасу баранов!

Вечер был одним из лучших в походе. Выпили, не вру, пиал по 20 чая каждый, не меньше. Саша с Фарухом (так звали второго) только успевали наполнять чайник. И все это под жареную в казане баранину. Много баранины. Очень много. До отвала! Вкуснятина! Может, она и не была бы так вкусна в обычной городской обстановке. Но в этих горах! О! За ужином Саша рассказал, что сам он родом из Кызыл-Кии, в начале 90-х годов все русские уехали, а он остался. Заводы встали, работы нет, сомов нет. Что делать? Пошел пасти баранов в горы и нашел здесь свое призвание. Свободно говорит на местном языке. Сытые, согретые и объевшиеся, идем до палаток и валимся в здоровый сон.

29 июля
верховья реки Тенгизбай – долина Кичик-Алай – Лянгар – долина Исфайрам-Сай – Аустан

44 км, средняя 12 км/ч, набор высоты 150 м, ночевка на высоте 1400 м
утро: + 10 ясно, день: + 22 переменная облачность дождь, вечер: +24 облачно дождь

Утром будит Саша. Завтракать! Готова курма! Так называют блюдо, приготовленное из той же баранины вперемешку с сухарями в казане. Снова по 10 пиал чая. Мега! Хотя, если постоянно так питаться, наверное надоест. В меню у чабанов баранина, сухари, чай, сахар и комбинации этих продуктов.

Место где мы стоим, замечательно! Мечта походника! Высокий Алай по природным условиям радикально отличается от пустынного Памира. Здесь более зелено, растет арча (горная сосна), луга. В то же время пышных альпийских лугов здесь нет. Получается нечто среднее между Памиром и Тянь-Шанем, где мы были три года назад, так сказать переходный процесс. Но и по погоде отличия от Памира существенные. С утра было ясно, а пока собирались, все зятянуло облаками, ели успели засухо сложить палатки, как пошел дождь. Саша говорит, в конце августа здесь ляжет снег. Сердечно прощаемся с чабанами, пишем адреса и валим вниз, к теплу.

Река Тенгизбай Высокий Алай Завтрак с Сашей Горы Каинды 4760 м

Здесь можно почувствовать власть природы над людьми. За 20 лет горы превратили автодорогу в заваленную камнями конную тропу. Не верится, что здесь ходили машины. Даже на велосипеде ехать можно только местами. Непостижимым образом стоят покосившиеся, полу-обваленные, латаные-перелатаные мосты через реки, которые поддерживаются только силами чабанов, чтобы сохранить скотопрогонную тропу на высокогорные пастбища. Двигаемся очень медленно. С каждой сброшенной сотней метров теплеет примерно на градус, да и дождь, чем ниже по ущелью, тем теплее.

Высокий Алай Мост через реку Тенгизбай На спуске с Тенгизбая Бывшая автодорога

Вышли из ущелья реки Тенгизбай в ущелье Кичик-Алай. Несколько бродов ручьев. За время похода я заразился фобией. Фобией проколов и пробоев. Чуть начнутся камни покрупней, я начинаю мандражировать — только бы не пробиться, только бы не пробиться. И вот — очередной пробой. Заплатки и клей на исходе. Сейчас клею 50-ую дырку за поход. Юбилей, так сказать. Проехали первый кишлак с этой стороны — Лянгар. Дорога мучила нас еще километров 15, после чего на ней появился неуверенный автомобильный след. Встречная Нива. Значит, скоро цивилизация.

Мост через Кичик-Алай Мост с уклоном в 12 процентов

Речка и долина, вдоль которой мы теперь едем, называется Исфайрам-Сай. Проехали последний мост на этой дороге. Перед мостом знак — уклон 12% — мост завалился на одну сторону.Зелень заканчивается, горы становятся пустынными. Встали на ночлег, последний ночлег этого похода, в 3-х км недоезжая кишлака Аустан, после которого начинается непрерывная населенка. Всю ночь гремел гром и лили вселенские ливни.

30 июля
Аустан – Кереге-Таш – Уч-Коргон – Пальман – Кызыл-Кия

50 км, средняя 22 км/ч, набор высоты 100 м
утро: + 26 ясно, день: + 38 ясно, вечер: +28 облачно

Как жаль, вот и последний завтрак похода. Выехали. После Кереге-Таша начался нормальный асфальт. Остановились в сельмаге, съели по мороженому. Спуск продолжается, 35 км/ч. После горного тихохода кажется бешеной скоростью. Дорога выходит на равнину. Уч-Коргон — обед в столовке. Выруливаем по направлении к узбекской границе.

КПП называется Пальман. Здесь нас постиг жестокий удар. КПП оказался 2-х сторонним. Т.е. только узбеки и киргизы. Вот это я не предусмотрел. Засада. Пытаюсь уболтать киргизскую сторону. 5 минут терок и мы прошли границу! Но узбекская сторона, запуганная жестким режимом Каримова, ни в какаю не пошла на уступки. Ни деньги, ни уговоры не помогли. Как назло, в маршрутной книжке у меня была допущена ошибка — был указан не Пальман, а КПП Достук. Именно этот международный КПП, куда нас отсылали несговорчивые узбеки.

Финиш на взлетной полосе Кызыл-Кия Ферганская долина

Пришлось возвращаться в Кызыл-Кию, финишировать поход, искать такси и ехать в 200-километровый объезд через международный КПП Достук. К 6 вечера прошли границу. Решили взять такси и ехать сразу в Ташкент, не парить мозги Ферганой. 6 часов утомительного пути в забитой до отказа нашей поклажей Нексии и мы в точке выброски — столице Узбекистана Ташкент. Ночевали на частном доме, подсказанном таксистом, он и сам там заночевал. В старом городе, т.е. практически в центре Ташкента.

Исход

30 июля — 2 августа

0 км, средняя 0 км/ч, набор высоты 0 м
утро: жара, день: жара, дождь, вечер: жара

А что потом? Потом была пешая экскурсия по хорошеющей с каждым годом узбекской столице, арбузы, дыни, мороженое, шашлыки, пиво, последний заплыв по бегущему с гор каналу Анхор, опять мороженое, опять жара и погрузка в поезд.

Ташкент Ташкент — последний заплыв похода

Двое суток в плацкартном вагоне, сон, обмен мнениями, и мы дома, в Самаре.

Наши партнеры

banner banner banner banner


Реклама
Rambler's Top100