Четверг 19 Января 2017г.

Прочие отчеты. По узкоколейке 'рудник Верхнеаршинский — Катав-Ивановский завод' – 7–17.05.1999

Автор отчета — Сергей Судариков AKA Honzales

Кто мы

Андрюха — потомственный художник — по профессии и призванию. Член Союза художников России.

Увлечения — живопись, графика, путешествия, история, психология, поиск и коллекционирование древностей, мифология, компьютеры. Прирожденный охотник, его мастерская украшена несколькими охотничьими трофеями. Любовно собирает разные диковины. Романтик.

Серега — специалист по информационным технологиям.

Увлечения — туризм во многих его формах и проявлениях (водный, велосипедный, автомобильный и даже «матрасный» :-), фотография, компьютеры и прочие высокотехнологичные «штучки», экстремальный отдых.

Автор данного опуса.

Олег — реставратор.

Увлечения — путешествия, археология, палеонтология, собирание древностей, нумизматика, поиск и коллекционирование минералов.

Дядя Миша — реставратор.

Увлечения — фотография, путешествия, поиск и коллекционирование минералов. "Золотые руки", постоянно что-то подпиливает, подстругивает, доделывает и мастерит. Дорожит маркой — сделанные им вещи не отличишь от фабричных.


Живем и работаем в г. Самара. По возрасту, росту, весу и роду занятий мы все очень разные, но объединяет нас одно — страсть к путешествиям и приключениям. Картина будет неполной, если не добавить, что Серега, Олег и Дядя Миша — родные братья.


Рождение идеи

Идея проехать через Южно-Уральский заповедник по насыпи бывшей узкоколейки родилась у нас давно. В 1990 г. наш общий знакомый с Фадеевской фамилией Мечик обнаружил на карте 40-х годов 20-го века узкоколейку, шедшую от рудника в окрестностях поселка Верхнеаршинский до Катав-Ивановского металлургического завода. На более поздних картах узкоколейки уже обозначено не было. Была грунтовка, а на картах, которыми мы пользовались в 1990 г., не было уже и ее. Мечик предложил проехать на велосипедах от Катав-Ивановска по бывшей узкоколейке до Верхнеаршинского. Вся тема была в том, что была узкоколейка — рельсы убрали, а насыпь осталась. Поезд — не лошадь и не автомобиль, крутых подъемов не любит — как раз то, что надо для поздки на «Туристах» с рюкзаками.

И до станции Вязовая — ночь всего пути в поезде.

В июле 1990 г среди ночи мы (Серега и Мечик) выгрузили из поезда на железнодорожной станции Вязовая свои велосипеды. Собрали их и в ночь поехали в сторону Юрюзани. Оставив слева километрах в трез в стороне город Юрюзань, по хорошему асфальту доехали до Катав-Ивановска. Здесь, возле плотины старинного заводского пруда, начинается трасса узкоколейки, уходящей в Верх-Катав. Через Верх-Катав по насыпи узкоколейки доехали до сторожки егеря у подножия г. Большой Шелом. Дальше начинался Южно-Уральский заповедник. Заметив избушку егеря и взвесив варианты – пытаться получить разрешение на проезд через заповедник или тайком обнести велосипеды вдоль речки – решили попытать счастья официальным путем. После беседы с егерями Мечику, пока я сторожил вещи, пришлось съездить налегке в Верх-Катав в лесничество за разрешением. Однако разрешения на проезд через заповедник нам не дали, и пришлось вернуться в Верх-Катав.

Погода была дождливая, но дороги для лесовозов на Урале делали на совесть – посыпанные мелким гравием, они проезжались легко и без наматывания на колеса пудов грязи. Зато покрышки гравий съедал отменно. Попытки найти путь к узкоколейке по лесовозным дорогам, минуя сторожку егерей, успехом не увенчались. За неделю сделали пяток неспешных радиальных выездов от Верх-Катава – но все по виду укатанные дороги вели или на вырубки, или к «зоне», а карт ГШ у нас тогда, разумеется, не было.

В мае 1996 года мы вновь вернулись к идее проехатья по Южному Уралу, теперь уже на автомобиле — "восьмерке" Мечика. На этот раз попытка проехать по узкоколейке была предпринята с другого конца — со стороны Белорецка. Удалось доехать до Верхнеаршинского — дальше не поехали, так как местное население категорически утверждало, что на нашей машине там ни за что не проехать. Дело усложнила огромная лужа прямо на дороге посреди поселка — если уж в поселке такая, то что уж говорить о перевале...- решили мы и повернули назад. В тот раз, однако, мы за 4 праздничных дня проехали около 4 тысяч километров по дорогам Среднего и Южного Урала, составив себе общее впечатление о его природе и дорогах.

Неудачи такого рода только раззадоривают, и в мае 1997 года Олег и Дядя Миша на "девяностодевятой" предпринимают двадцатидневную поездку по Екатеринбургской и Челябинской губерниям. На этот раз им удалось доехать по трассе узкоколейки со стороны Верхнеаршинского до разрушенного ж/д моста через р. Юрюзань, построенного во времена узкоколейки. Правда, на телеге — по территории заповедника от поста на его границе у скальника хр. Бакты и до моста через р. Юрюзань их подвезли егеря.

В 1998 году мы (Серега, Олег и Дядя Миша ) снова на "девяностодевятой" предприняли новую попытку проехать по бывшей узкоколейке. На этот раз из Тюлюка вдоль хр. Бакты, мимо Александровки к ее петле вдоль Юрюзани. Но дорога уперлась в разлившуюся речушку, мост через которую давно сгнил... До заветной узкоколейки оставалось 5-7 километров. Пришлось вернуться и на этот раз.

Наконец, в мае 1999 года мы вчетвером (Олег, Дядя Миша, Серега и Андрюха) на двух машинах ("девяностодевятая" и "десятка") решили наконец покорить злополучную узкоколейку...

Ниже рассказ о части маршрута, наиболее подходящей для ее повторения на велосипедах. Только не в первой половине мая, пожалуй ;).


Карта окрестностей г. Катав-Ивановска


На карте отмечен наш маршрут 1999 г по узкоколейке "Катав-Ивановский завод — Верхнеаршинский".


Краткая характеристика маршрута

Время 7-17 мая 1999 года
Продолжительность 10 дней
Протяженность Около 3000 км
Транспорт Два легковых автомобиля:
ВАЗ-21099 ("девяностодевятая") и ВАЗ-2110-00 ("десятка")
Экипаж 2 машины по 2 человека:
Олег и Дядя Миша — "десятка",
Серега и Андрюха — "девяностодевятая"
Пилоты Олег , Дядя Миша, Серега
Основные точки маршрута Самара — Уфа — Екатеринбург — Липовский — Реж — Нейво-Шайтанский — Мурзинка — Катав-Ивановск — Верхнеаршинский — Белорецк — Уфа — Самара



Катав-Ивановск — г. Б. Шелом

Выезжаем из Катав-Ивановска в сторону заповедника. Грунтовка по мере удаления от города становится все грязнее, лужи все глубже и шире. Погода неопределенная — пасмурно, то и дело идет дождь. Весна все-таки…

Облака время от времени опускаются так низко к земле, что касаются верхушек елей. Поворачиваем с дороги с "улучшенным" покрытием на просто грунтовую. Наш путь лежит в п. Нильский. Он оказывается хутором на два-три двора. Дорога петляет по лесу, то поднимаясь, то опускаясь.

Останавливаемся на обед около родничка, для чего немного съезжаем с дороги на мокрую траву. Когда пообедали и собрались ехать дальше, поняли, что заезжать в траву далеко не следовало — моя машина стояла ближе к дороге на каменистом откосе насыпи, и я выбрался на дорогу без проблем, а Олег застрял в мокрой траве. Накрапывает мелкий противный дождь. Олег буксует, но пытается выехать сам. Поскольку из-под ведущих колес во все стороны брызжет грязь, сами выталкивать не рвемся, ждем, когда позовет. Наконец, терпение Олега лопается, и решаем толкать. Дружными усилиями выносим "десятку" на дорогу.

Дорога постепенно ухудшается. Особенно досаждают ручьи, текущие поперек дороги — обилие воды превращает их в небольшие речушки, мощности которых хватает прогрызть в насыпи узкие и глубокие поперечные ямы. Некоторые из них удается проехать с ходу, другие же заставляют строить переезды из подручного материала. Саперные лопаты уже давно вынуты из багажников и лежат наготове в салоне.


Впереди дорогу пересекает маленькая речушка, приток р. Катав. Положенная поперек дороги труба диаметром сантиметров 80 не справилась с потоком вешних вод, и ее довольно ощутимо обнажило от покрывающего гравия. Оценив состояние переезда, решаем форсировать речушку вброд рядом с насыпью. Тем более что следы показывают, что так делают почти все.

В туче брызг поочередно переезжаем речку, снимая процесс на видео.


Немного дальше слева от дороги видим большой сенокосный луг. Останавливаемся, выходим поразмять ноги. С луга открывается великолепный вид на хребет Зиганьга, вершины которого скрываются под шапкой низко нависающих туч. Пока гуляем по лугу, по дороге проезжает "УАЗ". Это оказалась единственная машина (кроме наших, конечно), которая встретилась нам на участке Катав-Ивановск — Верхнеаршинский.

Дорога упирается в лесную делянку. Видно, что совсем недавно здесь шла вырубка и вывоз леса — кругом кучи хвороста, хаотически сваленные стволы... Приходится ехать фактически по бревнам, благо они размочалены гусеницами тракторов. Вырубка кончается километра через полтора, и дорога становится сноснее. Появляется возможность остановиться и поснимать окрестности.

Временами дорога принимает вполне приличный вид, и можно подурачиться — решили снимать на ходу, из багажника "девяностодевятой". Оператором — Дядя Миша.


Очередной ручей впереди так размыл дорогу, что остался мостик из глины шириной меньше машины. Строим переезд. Олег говорит, что в 1997 году они с Дядей Мишей провалились в эту яму и еле вытащили "девяностодевятую", поддомкрачивая ее и подкладывая поленья.

Дальше дорога изобилует таким количеством ям, канав и ухабов, что Олег командует — ехать за ним колея в колею — так меньше риск застрять. Я стараюсь придерживаться этого правила, однако, если яма или лужа мне не нравится, выбираю свой путь. Впереди длинная грязная лужа, Олег объезжает ее справа, мне же кажется, что левее дорога получше. Вдруг в одну секунду машина резко накренилась вперед и налево, двигатель взревел на высоких оборотах, и я тут же понимаю, что мы куда-то влетели. В первый момент показалось — сползаем с насыпи в овраг. Мгновенно смотрю влево — вроде не падаем, дорога совсем рядом, до оврага еще метра полтора... Выключаю передачу, глушу двигатель, и слышу, как Андрюха говорит:

- Серега, давай руку, я сейчас вылезу и тебя вытащу!!! — и при этом он карабкается вверх к правой двери, открывает ее и настойчиво тащит меня за руку за собой. Мне неудобно перелезать через рычаг переключения скоростей, я понимаю, что машина сидит прочно, никуда не падает (мне все хорошо видно слева), и я могу выбраться сам.

- Да я сейчас стекло опущу, и вылезу сам — говорю Андрюхе, но он не отстает и тащит меня со всей дури. И тут до меня доходит — ведь он же не видит со своего места, куда и как мы провалились, и хочет спасти товарища из тонущей подводной лодки! Объясняю положение Андрюхе, насколько сам его понимаю.

Первая мысль — Ну все, машину угробил ... Подбегает Дядя Миша, осматривает авто, яму и наше в ней положение.

- Не волнуйся, Серега, все нормально, все цело, ничего не погнул ...

- Какое в порядке — думаю, крылу и порогу, ясное дело, конец, это он меня успокаивает...

Подходит Олег, также оценивает положение. Первый испуг от неожиданности происшедшего проходит, опускаю стекло, "выхожу" в окно. Осматриваем машину вместе — и правда, все вроде бы цело, даже крыло не помял и не поцарапал.


Яма небольшая, размером с канализационный колодец, но глубокая — метра 2 — 2.5. На дне журчит ручей.

Провалилось переднее левое колесо, машина уткнулась нижней частью переднего бампера в противоположную сторону ямы и повисла в распорку.

Настроение после осмотра места происшествия у меня несколько улучшилось, но все равно минорное. Олег, Дядя Миша и Андрюха меня подбадривают:

- Молодец, Серега, такой антураж для съемок создал, да еще и машину не помял — просто ас!

- Злорадствуют — думаю — хотя, с другой стороны, захочешь — специально так эффектно машину не поставишь — для фотографий лучше не придумать. Ювелир, блин...


Убедившись, что авто сидит плотно и никуда проваливаться не собирается, достаем фото-видео принадлежности и начинаем снимать.

- "Camel Trophy" – глубокомысленно изрекает Андрюха, обрадованный неожиданной возможностью закурить.


Отправляюсь на поиски подходящего бревна, пока Олег и Дядя Миша делают репортаж. Картина неординарная и выглядит весьма эффектно — правое заднее колесо задралось над дорогой не меньше чем на полметра.

-Все фотографируемся у подбитого танка! — бросает клич Дядя Миша. И правда, очень похоже, только пушки не хватает.

Нашел подходящую березу, выдрал ее с корнем голыми руками — болото! Попробовал тащить — вроде бы по силам.

Приношу бревно. Пока я ходил "по дрова", Олег с Дядей Мишей достали трос и лебедку, Андрюха уже цепляет конец троса за ближайшее дерево.

Мы втроем — Олег, Андрей и я забираемся на задний бампер "девяностодевятки" и враскачку открениваем ее. Дядя Миша подсовывает принесенное мною бревно под защиту картера, и машина выправляется. Цепляем лебедку, и за один ее ход выдергиваем машину из ямы. Лебедка в подобной ситуации — это вещь!

Осматриваю авто еще раз — ни царапины! Пострадал только стальной лист защиты картера — погнулся от Дяди Мишиного бревна. Завожу двигатель — рычит как зверь, колотясь о "защиту". При помощи лопаты отгибаю защиту обратно, чтобы не дребезжала — и можно ехать.

Все-таки, наверное, я еще не окончательно пришел в себя после пережитого приключения, так как чуть не влетел в ту же яму второй раз J — но Олег настороже — заорал так, что машина испуганно шарахнулась в обратную сторону и благополучно миновала опасное место.

Продолжаем путь. Впереди — мост через Юрюзань, и возле него неплохое место для ночлега. Темнота наступает быстро, едва мы успеваем набрать дров для костра.


Принимаем по 100 г "наркомовских" для снятия стресса. "Смирновская можжевеловая" среди ночного леса — вещь! В небе висит Юпитер размером чуть ли не с копейку.

Утром окончательно выпрямляю "защиту", и авто как новенькая. Отправляемся в путь, и через километр на развилке въезжаем на насыпь узкоколейки. Места вокруг кажутся очень знакомыми, но никак не могу понять, почему. Поворачиваем по насыпи узкоколейки направо, и через еще один километр видим щит с надписью "Южно-Уральский заповедник". Щит также кажется знакомым, но думаю — что такого, все щиты напоминают друг друга. Через полкилометра навстречу нам выбегают две лайки, и показалась избушка егеря, шлагбаум поперек дороги, справа огромный ржавый бак от какого-то котла... "Дежа вю" какое-то...

Вспомнил!!! Это же тот самый кордон, до которого мы с Мечиком доехали на велосипедах в далеком 1990 году!

На шум моторов выходит егерь — молодой парень в камуфляжных штанах и синей олимпийке. Здороваемся, рассказываем о себе, о цели путешествия — проехать по узкоколейке в Верхнеаршинский. Егерь ведет себя как-то скованно и настолько неестественно, так что это замечаем мы все. От него узнаем, что через заповедник проехать можно, только получив разрешение на посещение заповедника у лесничего в Верх-Катаве. Цена — 30 руб. с человека в сутки. Егерь также рассказал, что вчера в Верхнеаршинский прошел "УАЗ-буханка" лесничества, и пока обратно не вернулся — значит, проехал и не застрял.

Егерь намекнул, что просто так нам разрешения на проезд могут не дать (как нам с Мечиком в 1990 году), а вот если бы он попросил за нас лично... Решаем, что Олег с Дядей Мишей и егерем едут в Верх-Катав на "десятке" за разрешением, а мы с Андреем остаемся за егеря в карауле. Приказ — никого не пущать до его прибытия и не пустить за ним собак, попридержав их в будке.

Прикидываем, что напрямую, по узкоколейке, в Верх-Катав на машине не проехать. Мы с Мечиком в июле 1990 года влезли там в грязное болото, через которое проложена плохо сохранившаяся гать, и пришлось тащить велосипеды на себе около километра. К тому же и егерь сказал, что "УАЗ" лесничества туда тоже не сунулся, предпочтя сделать крюк через Катав-Ивановск. Напрямую, по узкоколейке — около 12-15 км, в объезд — все 80. Приблизительно оцениваем время на поездку туда-обратно часов в пять, и около 19 часов "десятка" уезжает.

К часу ночи нам с Андрюхой надоедает караулить, и мы заваливаемся спать. Олег с Дядей Мишей и егерем возвращаются часа в 4 утра. Егерь достает из Олежкиной машины тушку зайца и зовет собак. Пока молодая лайка "щелкает клювом", на зов егеря прибегает "старый" лайк J, стаскивает зайца и скрывается с ним в кустах. Хитрован уже утром бегал доедать зайчишку, пока молодой бегал вокруг и не мог найти "заначки".

Олег рассказывает, что заяц выпрыгнул на дорогу прямо перед "десяткой", долго мчался впереди в лучах фар, а затем резко прыгнул прямо под машину, Олег даже не успел тормознуть. Зайца протащило под днищем, и ему этого хватило...

Егерь оказался сыном лесничего, и разрешение на проезд нам, конечно же, выписали. Обошлось это в 120 рублей на четверых и две машины.


Восхождение на г. Большой Шелом


Наутро (часам к 12) встаем. С погодой просто везет — как по заказу светит солнышко, дождь не намечается, решаем совершить восхождение на вершину горы Большой Шелом. Сообщаем об этом егерю и просим его разрешения оставить машины около сторожки, пока мы ходим.


Тот показывает удобный путь на вершину, объясняет, что в заповеднике фотосъемка — услуга платная, а кино- и видеосъемка вообще запрещены еще чуть ли не со времен "холодной войны", но милостиво дает разрешение на фотосъемку. При этом он смотрит как-то странно.

Под пристальным взглядом егеря быстро собираемся, не забыв, конечно же, прихватить и видеокамеру.

Выходим. Отойдя от сторожки километра полтора, останавливаемся и приводим себя в порядок — а именно, наносим "боевую раскраску" маскировочной пастой, достаем фото и видеокамеры, навешиваем кобуры с пистолетами.

Медленно поднимаемся по следам трелевщика по траверсу склона. Особенно нелегко Андрюхе — с непривычки не хватает дыхания, скрипит коленка, но он молча или с матюгами, но движется вперед. По мере подъема меняется растительность — внизу, у дороги, это, в основном, лиственные, на них даже появились кое-где листочки. Выше — все больше и больше хвойных — ели, пихты, лиственницы. Чаще и чаще попадаются каменистые осыпи. Камни покрыты камуфляжем — мхами и лишайниками, и мы почти сливаемся с ними. Ковер мха покрывает также упавшие деревья, а кое-где — и стволы стоящих.


Подъем становится все круче, идти все тяжелее. Все чаще останавливаемся на 1-2 минуты передохнуть.

Камуфляж так здорово скрывает в лесу, что хорошо видим друг друга только во время движения — если сидеть неподвижно, то издалека тебя заметят не сразу, и то только в том случае, если знают, что ты где-то здесь.

Все чаще попадаются островки не стаявшего снега, стараемся обходить их — и чтобы не следить, и из соображений безопасности — под снегом можно не заметить камни, коряги и т.п. и повредить ногу.

Добираемся до границы леса (1000-1100 м). Дальше начинается можжевеловый стланик, лесотундра и горная тундра. Снежные поля становятся все обширнее. Еще выше — сплошные покрытые пятнами лишайников камни без намека на почву и растительность.

Идем по крупным снежникам. Прямо Альпы!


Уже видна вершина. На сплошной каменной осыпи ухожу немного в отрыв, оглядываюсь — и не вижу остальных. Решаю подать сигнал — выстрелить из пистолета холостым. Уже расстегиваю кобуру, и вдруг вижу, что со стороны вершины спускается мужик с ружьем и двумя собаками. Он приближается, и я с удивлением узнаю егеря. Прячу пистолет обратно в кобуру.


Появляются Олег, Дядя Миша и Андрюха. К ним подходит егерь и присоединяюсь я. Присели с ним, поговорили.

Оказывается, егерь дождался сеанса связи с лесничеством, и через часок после нас отправился на вершину. Поднявшись и не найдя нас там, подождал минут 40, подремал и стал спускаться, наткнувшись на нас. Его странность утром объяснилась просто — он никак не мог понять, за каким чертом мы приехали в такую глушь в такой экипировке и на таких машинах. Он принял нас чуть ли не за диверсантов, особенно когда мы утром сообщили ему о желании залезть на Шелом. Он и отправился проверить, туда ли мы пошли — а то вдруг вы Белорецк пошли взрывать — со смехом говорил он. Теперь, когда его сомнения насчет нас рассеялись и он убедился, что мы приехали действительно с теми целями, о которых говорили, его отношение к нам изменилось. Егерь оказался отличным парнем и настоящим индейцем — дать нам такую фору и так нас обогнать!..

Расставшись с егерем, продолжаем путь к вершине, прыгая по огромным валунам. На привале обнаруживаем сначала на одном, а потом и на других камнях волнообразный рельеф, как на песчаном пляже от волн прибоя — оказывается, мы карабкаемся по дну древнего моря!


Вот наконец и вершина. На самой высокой точке установлен металлический прут — флагшток. Флага нет, но зато на шесте висит замечательной формы сосулька, обточенная ветром.

Вешаем камуфляжный флаг — бандану Олега, и по очереди фотографируемся. Андрюха достает из футляра и раскуривает свою специально припасенную на этот случай сигару. Ароматный дымок вьется над покоренной вершиной.

С вершины открывается великолепная панорама — вдалеке в дымке проступают контуры г. Ямантау, видны долины рек Катав и Тюлюк. Местами сквозь сплошную пелену леса проглядывают участки дорог — той, по которой мы приехали, и той, по которой ехать предстоит — насыпи узкоколейки. Виден мост через р. Большой Катав, дальше узкоколейка вьется в лесах и уходит в горы. К сожалению, солнце скрывается за тучами, и панорама получается бледной.

После перекуса на вершине "чем бог послал" (а послал он на этот раз орехи, шоколад, курагу, кукурузные хлопья с медом и молоко), начинаем спускаться, тем более что становится прохладно.

Андрюхе спуск дается даже труднее подъема — после отдыха на вершине его коленка временами совсем "отстегивается", и он ковыляет, как старый солдат.

В зарослях можжевельника Андрей дает команду всем собирать ягоды можжевельника для настойки, которую он клянется собственноручно приготовить по приезду в Самару (кстати, настойка получилась — просто класс! Андрюха — старый винодел...).


Дядя Миша пробует ягоды на вкус, и сообщает - Сладкие!!! Я купился и попробовал сам. Впечатление — будто всю ночь грыз елки. Долго отплевываюсь, но во рту все равно горечь и сильное еловое послевкусие (кто пил теплый джин из горла, тот поймет).

Продолжаем спуск, по пути фотографируясь в различном антураже.

Дальнейший спуск проходит без приключений. Решаем заночевать у избушки егеря, а наутро отправляться по узкоколейке вглубь заповедника.


По Южно-Уральскому заповеднику


Утром встаем и понимаем, какой подарок вчера нам сделала погода для восхождения на Шелом — сегодня с утра низкая облачность, моросит мелкий дождь.

Завтракаем, собираемся, прощаемся с егерем и выезжаем. Лайки некоторое время бегут за машинами, потом возвращаются.

Впереди — цель нашего путешествия — самое сердце Южно-Уральского заповедника.


Километров через пять выезжаем к мосту через Большой Катав. Мост имеет типично "железнодорожный" вид.

По сторонам насыпи время от времени попадаются то шпалы, то колеса от вагонеток, то костыли...

Через заповедник ездят только егеря на "Уралах" или "УАЗах", и дорога оставляет желать много лучшего для легковых авто — глубокие заполненные водой колеи. К тому же идет не то дождь, не то снег...

Спасает только то, что дорога мало разбита — по ней почти не ездят.


Узкоколейка постепенно поднимается все выше в горы. Вообще, по узкоколейке ехать очень удобно — нет резких подъемов и спусков, повороты довольно приличного радиуса. Для велосипедистов – просто раздолье, если погода окажется получше, чем выпала нам ;).

Ручьи и здесь вовсю "работают" над разрушением насыпи. Около одной из поперечных канав находим доску — "сороковку" длиной метра четыре с половиной, по которой и переезжаем. Так значительно проще — бросил доску и поехал, не надо долго лопатой махать. Решаем взять замечательную доску с собой (вот в чем преимущество авто перед велосипедом ;)). Опускаю в "девяностодевятой" заднее сиденье, просовываем доску через багажник почти до приборной доски, привязываю ее к подголовнику, веревкой прикрепляю багажник, что бы не хлопал — и снова в путь.

Лес по сторонам еловый, мрачный. В таком только медведям жить.


На очередном повороте Олег обнаруживает три замечательных железяки, из которых можно строить переезды через канавы. Олег предлагает взять их с собой. Андрюха сильно изумлен:

- С собой? Железки? На фига?!

Поскольку наша машина уже загружена доской, Олег берет железяки к себе в "десятку"- на всякий случай.

"Всякий случай" не замедлил представиться буквально через полкилометра, и повторялся с завидной регулярностью, подтверждая мудрость Олежкиного предложения.


Приближается перевал, и вдруг на подъеме у идущей впереди "десятки" глохнет двигатель. Олег выходит, открывает капот. Выходим из машины, подходим к "десятке". Олег с Дядей Мишей пытаются запустить двигатель — нет искры. Ну все, думаем, приехали. Автомобиль из средства передвижения мгновенно превращается в тонну с лишним геморроя ;)). Начинаем думать, что делать. Тут Олег догадывается проверить коммутатор — ведь мы его откручивали в Катав-Ивановске, когда "чихал" движок — так и есть, плохо завернутые контакты от вибрации отскочили, и зажигание пропало. Подтягиваем винты, запускаем двигатель и едем дальше.


Дорога медленно, но неуклонно заползает на хребет Машак. По сторонам и на дороге все больше снега — чувствуется высота. Сначала на "десятке", а затем и на "девяностодевятой" закипает тосол в системе охлаждения — видимо, сказывается падение давления на высоте. Кроме того, мы приходим к выводу, что свою лепту вносит и снижение атмосферного давления из-за погоды — тучи висят буквально над головами. Все это снижает температуру кипения охлаждающей жидкости.

Чтобы не перегреть двигатели на малой скорости — а разогнаться здесь негде — включаем на полную мощность отопители, чтобы "печка" работала как дополнительный радиатор. Несмотря на прохладную погоду, в салоне быстро становится нечем дышать, и мы опускаем стекла.

Но вот и перевал — дорога явно пошла вниз. По мере снижения меньше становится снежников, да и сам спуск проще подъема — остается время оглянуться по сторонам. В заповеднике видимо-невидимо непуганых птиц. Некоторые из них не реагируют на шум моторов и не улетают, давая подъехать практически вплотную. Но стоит выйти из машины, как птица тут же улетает.

Узкоколейка буквально "прогрызает" попадающиеся на пути скальники, живописно располагающиеся то слева, то справа от дороги. Остановились поснимать скалы, вышли из машин размять ноги — и в этот момент метрах в пяти от нас не торопясь выскакивает "косой". Оглядел нас, и не торопясь поскакал по своим заячьим делам.


Дорога пошла практически горизонтально. В одном месте замечаем полуразрушенную ограду — от дороги тянется ряд металлических столбов с остатками колючей проволоки. Похоже на остатки лагеря для ЗК.

Лужи на дорогах становятся все обширнее, и обычно мы проезжаем их сходу — грунт в основном каменистый, и вероятность забуксовать невысока, да и второй экипаж, в случае чего, поможет.

Очередная лужа с виду почти ничем не отличалась от многих прочих, а вот поди ж ты... Олег засел по самую выхлопную трубу. Мы с Андрюхой подъезжаем и видим, как около заднего бампера "десятки" из лужи поднимаются огромные пузыри, а сама "десятка" издает звуки лодочного мотора, работающего на холостом ходу. Поняв, что засел прочно, Олег глушит двигатель, и бульканье прекращается.

Дядя Миша вылезает из "десятки" с видеокамерой, чтобы запечатлеть момент.

Растягиваем трос, цепляем лебедку — и "десятка" вновь на суше (если можно так назвать окружающую грязь).


Cобираясь на Урал, Андрюха категорически заявил, что без рогов (в самом прямом смысле этого слова) он возвращаться не собирается. Мечта Андрюхи сбылась — прямо у дороги Дядя Миша нашел рога. Радость Андрея неописуема — издав боевой клич команчей, он выскакивает из машины практически на ходу и пытается исполнить ритуальный танец людоедов племени "Мумбу-Юмбу".


К чести Андрюхи следует заметить, что коллекция рогов самого разного вида и калибра в его мастерской достойна уважения.


Узкоколейка делает огромную петлю, и мы немного "срезаем" ее по колее "Урала". Перед тем как ехать в сторону, долго взвешиваем все "за" и "против" — состояние колеи таково, что, если нам не удастся проехать в Верхнеаршинский и придется возвращаться этой же дорогой, то обратно по склону машины придется тащить лебедкой — в гору, да по такой грязи, заехать своим ходом не удастся. Кроме того, деревья растут слишком близко к колее... Перед принятием окончательного решения обследуем и тот, и другой путь. Обследование показывает, что выбора нет — петля узкоколейки заросла настолько, что прямо посредине насыпи растут деревья толщиной с черенок лопаты. Видимо, "срезают" дорогу здесь уже давно.


Так я еще не ездил — склон довольно крутой, и машину по жидкой каше колеи довольно ощутимо тащит вниз. Чтобы сохранить управляемость, приходится постоянно поддавать газу, на грязи машина плохо слушается руля, ее мотает из стороны в сторону — чтобы выровнять ее, приходится с бешеной скоростью крутить руль то туда, то обратно — и к концу участка я не могу даже сказать точно, что у меня быстрее вращается — колеса или руль...

С облегчением выезжаем снова на насыпь узкоколейки и останавливаемся отдохнуть. Выхожу из машины весь мокрый. Олег выглядит не намного лучше. Становится очевидно, что мы правильно повернули — здесь дорога в "петлю" перегорожена — бульдозером нагромождена баррикада из земли вперемешку со стволами небольших деревьев.

Продолжаем путь. Здесь деревья еще даже и не распускаются — горы. Прямо на дороге можно встретить то глухаря, то зайца. Реагируем, включая камеры, только если зверушка сидит уж очень близко от машины.


На равнинных участках дороги значительно больше грязи, чем на склонах. Некоторые особо грязные участки можно преодолеть только так — один рулит, второй снимает, а двое толкают, если что...

На берегу реки Юрюзань — заброшенная деревня и железнодорожная станция, которые даже не обозначены на многих современных картах, зато они есть на ГШ. Выходим побродить по развалинам. Они сильно заросли бурьяном. Приходится быть очень внимательным, чтобы не провалиться в какой-либо погреб.

На берегу реки — развалины станции. Видно, что строили прочно — из крупного дикого камня, с отделкой кирпичом.

Около заброшенной деревни в реку Юрюзань впадает небольшой приток, через который раньше был наведен мост. Сейчас мост через приток сожжен.

Очевидно, что придется форсировать реку. Дядя Миша подготавливает брод, убирая с дороги большие камни. Поочередно проезжаем приток Юрюзани вброд, поднимая волну, как катера.


Мост через второй рукав сохранился значительно лучше, однако при переезде через него наша "девяностодевятая" соскочила с дощатого настила на положенные поперек бревна, и между колесным диском и бескамерной шиной впилась толстенная щепка. Даже "Leatherman Super Tools" Олега оказался здесь бессилен — пришлось потом снимать колесо и стравливать из него воздух. Убедившись, что шина воздух не травит, поехали дальше.

До границы заповедника остается совсем немного, да и дорога здесь неплохо наезжена — видимо, ездят по ней до Юрюзани почаще. Быстро доезжаем до хребта Бакты — этот горный хребет хорошо виден из Верхнеаршинского.

Проезжаем скальник хребта Бакты. Кто-то забыл на дороге свой трактор — так он и остался ржаветь на обочине.

Через километр — избушка поста на границе заповедника. Сейчас она пуста, и никто не выходит нам навстречу.

Под скалой недалеко от избушки выбираем место поровнее и становимся на ночлег — мы прорвались через заповедник! Ввиду успешного завершения мероприятия решаем устроить праздничный банкет с водкопитием и умеренными безобразиями.

Торжественное водкопитие (допиваем "Смирновскую можжевеловую") проходит в теплой, дружественной обстановке.

В разгар мероприятия Андрюха хлопает себя по лбу и изрекает:

- Чуть не забыл! Олег, покажи мне, которая тут осина?! — говорит он, берет "мачете" и отправляется с Олегом в лес. Минут через пять возвращается, таща осину толщиной почти в руку.

- Вот! Осиновый кол делать буду! В мастерской повешу, на всякий случай. Случай всякий бывает – вдруг вампиры?

Художники — народ своеобразный, временами даже эксцентричный, но идея с колом всем понравилась.

- Не барское это дело — говорю я и отбираю у него "мачете". Через десять минут великолепный осиновый кол готов — хоть сейчас упырей пригвождать. Андрюха любовно прилаживает его в машине рядом с рогами.

По поводу окончания маршрута наутро встаем довольно поздно и потихоньку начинаем собираться. В это время со стороны Верхнеаршинского проезжает мотоцикл с коляской, потом еще один, и неподалеку от нас собирается толпа человек в шесть местных. Минут через двадцать появляются парламентеры — двое с пластиковой бутылкой мутной жидкости.

Подходят, здороваемся. Мужики рассказывают, что приехали сажать лес — ели и лиственницы, и просят нас помочь им немного — типа и вам интересно, и нам хорошо, и лесу польза. Мы, не долго думая, соглашаемся — но недолго, поскольку нам еще ехать. Мужики открывают принесенную бутылку и говорят:

-Угоститесь, мол, нашим березовым соком. Олег наливает в стаканчик соку, но что-то в хитрющих глазах местного кажется ему подозрительным, и он сначала осторожно нюхает "сок".

Так и есть — самогонка. Вежливо отказывается, тогда они предлагают "сочку" Дяде Мише и нам с Андрюхой. Поскольку нам еще рулить, так же отказываемся. Чтобы не обидеть местных, решаем "пожертвовать" Андрюхой — ему за руль не садиться, вот пусть и отдувается.


Андрюха наливает чуть-чуть в стаканчик и, резко выдохнув, выпивает "сочок". Судя по выступившим слезам, вещь еще та — при отсутствии бензина можно в баки лить. Местные также выпивают (по ПОЛНОМУ стакану) и наливают еще. Мы опять отказываемся и смотрим на Андрюху — на него вся надежда на налаживание добрососедских отношений. Андрюха не подкачал и на этот раз, но на последовавшее тут же предложение добавить ответил решительным отказом.

Ну нет, так нет — говорят мужики и пропускают по третьему ПОЛНОМУ стакану. После этого мы отправляемся сажать лес.

Никогда не думал, что елки сажают такими маленькими — саженцы размером от 5 до 10 сантиметров. И это 3-х летние елки!

Посадив каждый по рядочку леса (метров 800), прощаемся с мужиками. Те привычным движением наливают еще по стакану. Опять смотрим на Андрюху. Вздыхая — что делать, надо выручать — Андрей, уже не морщась, глотает еще одну порцию "березового сочку".

- Ну как, Андрей, на березу еще не стал похож? — подкалываем мы "страдальца".

- Вам бы так !!! — беззлобно отругивается Андрюха.

Местные интересуются, где мы ночевали. Показываем полянку у подножья скальника.

- Так ведь тут медведь живет!

- Какой такой медведь?

- Да самый обыкновенный. Его тут часто видят, прямо где-то около этой скалы он и живет

Выезжаем, и довольно быстро въезжаем в Верхнеаршинский. Останавливаемся у семафора. Дядя Миша, как заправский железнодорожник, взбирается на мачту и открывает семафор — автопробег по трассе узкоколейки "Катав-Ивановский завод — Верхнеаршинский" — завершен. Сворачиваем в деревню, чтобы купить хлеба. Прямо виднеются рельсы — участок узкоколейки Верхнеаршинский — рудник сохранился до сих пор. Проехать по насыпи до рудника автомобилем не представляется возможным, идущая рядом грунтовка кажется нам слишком разбитой, и запланированное нами ранее посещение рудника само собой отпадает.

До Белорецка по улучшенной грунтовке, под конец переходящей в асфальт, доезжаем без приключений.

Приведенные фотографии, надеюсь, убедят вас повторит наш маршрут – но на велосипедах ;).

Наши партнеры

banner banner banner banner


Реклама Смешные кинокомедии yangi uzbek kino 2016 на кинопортале Uzbek-kina.net в хорошем разрешении.
Rambler's Top100